Если бы он мог, то давно бы съел куталлову ткань, но она не разжевывалась и не переваривалась. Цельный кусочек вышел из него на следующее утро и это, скажем так, принесло некоторый дискомфорт в процессе. Повторять столь печальный опыт он не собирался.
Мик думал, что будет вспоминать всех, предаваться размышлениям о чём-то возвышенном, убеждать себя бороться и не сдаваться. Мать, Лавия, Беф, Гург, Найша, Мур, Коррус — всё это где-то там, в далёком прошлом. Сейчас он думал, можно ли съесть рукоятку ножа и каково на вкус дерево?
На семнадцатый день он разбил камнем обтянутое кожей древко и мелко настругал его опилками.
После того как их съел, Мик ещё долго мучился коликами, поджав ноги под себя и плача. Обидно умирать как околевшая собака. Отголосок старой жизни выбросил небольшой эпизод из жизни, когда Ли Праст рассказал им, что Гург боится собак. Они тут же кинулись к нему на чердак и, вбежав на четвереньках, принялись лаять как идиоты.
Улыбнувшись, наверное, впервые за долгое время, Мик пополз наружу.
Этот гроб пугал его. Он как будто знал, что если заснёт здесь сегодня, то уже никогда не сможет поприветствовать солнце.
Расталкивая серую землю, он полз, абсолютно голый и грязный. Полз на самую вершину. Там он в последний раз посмотрит на закат. Какая разница, где он заснёт? С непонятной настырностью последний рывок он сделал пневмодвижением и тело выкинуло вперёд. Кожа ободралась до крови. Ничего страшного.
Сделав из магических камней импровизированный стул, больше похожий на трон какого-то заморского короля, он сел на него и окинул взглядом свои владения.
Ну, точно король. Видели бы его сейчас родные. Вторая улыбка за день промелькнула на измотанном лице Микки.
Он бы многое отдал, чтобы снова услышать, как его называют Микки. Тёплые воспоминания заставили зажмуриться и погрузиться в мир грёз. В далёкое детство, в те времена, когда дом ещё был полон счастья, и он бежал на это «Микки», зная, что следом случиться нечто хорошее. Его похвалят или дадут вкусненького.
Почему из всех в такой момент он вспоминает только её? Сколько… сколько птиц сейчас сюда летит? Веки давило вниз.
Какие большие. Наверное, жутко вкусные. Попробую обязательно потом. Чем-то они напоминали орлов. Зрение уже сильно подводит."
"Что делают орлы в открытом океане? С этими мыслями он собрал последние силы и широко открыл глаза.
Глава 12
Гуано
— Это и есть Птичьи острова? — спросил Марк, поставив ногу на камень, как первооткрыватель новых земель. — Ну и вонища.
