Но сначала:
— Хорошо, я тебе скажу, кто я, но для начала покажи свои документы.
Ну что же, красноармейская книжка вроде в порядке. Во всяком случае пресловутая ржавая скрепка присутствовала.
— Мое воинское звание — капитан запаса. Кроме того, вот, ознакомься. — И я протянул Земляному свое удостоверение заместителя Председателя ГКО. Земляной аж подпрыгнул на месте и вытянулся в струнку, бросив ладонь к козырьку фуражки и собираясь рапортовать.
— Ты это брось, — осадил я его. — Для всех я Шершень.
Кто я такой, знаешь только ты да Гризли, и на этом пока хватит.
К месту боя вышли сразу после завтрака и водных процедур, оставив в лагере женщин и подвернувшего ногу Самойлова для помощи и охраны. Перед этим по очереди с удовольствием побрились прекрасным бритвенным станком, найденным в портфеле Френца. С вечера удалось постирать уже достаточно замызганную немецкую форму. И хотя она не совсем высохла, пришлось облачаться в нее, как есть. Но то, как всех удивил Гризли, не поддается описанию.
Дождавшись, когда все приведут себя в порядок, он взял бритвенный станок и отсел в сторонку. Поначалу я думал, что он просто подравняет себе бороду и усы маленькими ножничками, входившими в набор для бритья, но во зился он слишком долго для этого. И вот когда Гризли, обтеревшись чистой тряпицей, заменявшей полотенце, встал и обернулся, то ахнули все: на нас смотрел бравый мужчина с аккуратными усами, точь-в-точь как у Сталина, и гладко выбритым лицом.
— Гризли, да вы молоденький хлопец, — удивленно сказал Земляной. А бывший ротмистр даже как-то смутился от всеобщего внимания.
Уже когда шли к опушке, я вполголоса, чтобы другие не слышали, спросил его:
— Да вы, пан Домновский, никак перед Натальей хвост распушили. А не думаете, что она может быть замужем?
— Не может, — буркнул в ответ Домнин. — Ее мужа ваши в тридцать шестом расстреляли. Они тогда жили в Петрог… то есть в Ленинграде. Его арестовали как врага народа, а ее выслали.
Вот после этого она и перебралась вначале в Минск к родственникам, а потом, в тридцать девятом, в Волковыск, где устроилась хирургом в больницу. Это Светлана замужем. У нее муж военный, и они виделись в последний раз вечером двадцать первого июня, накануне войны. И вообще, не надо лишних домыслов. Ни перед кем я хвост, как ты выразился, не распушил.
Ага, как же, верю. Особенно покрасневшей физиономии Гризли.
