А теперь ступай, да подарок богатый к их свадьбе выбери.
— Да кто же он такой? С чьей стороны родич, никак не пойму?
— То, Павел, тебе знать не следоват. Знай только, что он нам родня по крови.
Свадьба была веселая и шумная. Приехали многочисленное семейство Безумновых, включая мою будущую (вот, блин, парадокс) бабушку Елизавету с мужем, моим, тоже будущим, дедом, Ринат Гареев и его родственница Алия с дочерьми, у которой пряталась Татьяна, продавщица из коопторга Зинаида, которая, на удивление, приняла очень активное участие в подготовке к свадьбе, помогала с несколькими женщинами готовить угощение на стол и убираться в доме, директор промартели «Металлист» Аркадий Филиппович Семавин с супругой и еще много незнакомого мне народа.
Федор как родственник невесты и Павел Афанасьевич как родственник со стороны жениха затеяли шуточный торг, один продавая, а другой выкупая невесту. Без смеха на это действо смотреть было невозможно. Наконец, достигнув согласия, они скрепили его крепким рукопожатием.
— Ну что, жених, — обратился ко мне Павел, — а не уступишь ли свою невесту? Вон, у меня два жениха готовых есть. Сколько хочешь казны за нее?
— Не уступлю, Павел Афанасьевич, — я приобнял Татьяну, — нет во всем мире таких сокровищ, чтобы были дороже моей любимой. Ну а ты поищи своим орлам других невест. Вон сколько красавиц здесь, — я кивнул в сторону молодых девиц."
"— Охо-хонюшки, — Безумнов картинно обхватил голову руками, изображая огорчение и разочарование, — горько-то мне как.
Горько!!!
Его неожиданный тост подхватили все гости.
Дальше свадьба покатилась как по накатанной колее. Пили, закусывали разнообразными разносолами и вкусностями, дарили подарки, произносили тосты. Ни мне, ни Татьяне спиртное не наливали. Не положено. Вскоре столы сдвинули к стене, освобождая место для танцев. Тут же появился патефон, место возле которого прочно оккупировали Семен Безумнов и гармонист. Народ отплясывал так, что казалось, дом раскатится по бревнышку.
И под пластинки, и под гармошку. Особенно старалась Зинаида, выделывая замысловатые коленца. Ее внушительный бюст при этом так заманчиво колыхался, что мужчины невольно не сводили с него глаз. Даже Павел сглотнул слюну, а Федор глядел так, словно кот, увидевший полную миску сметаны. Только что не облизывался. Ну а Зина, довольная произведенным эффектом, старалась еще больше.
Бабка Ефросинья смогла улучить момент и отвела в сторонку Татьяну.
