Ипподром

Необходимо перевернуть всю историю наоборот. Крошин не знает, что у нас есть и чего нет. Не от фактов и доказательств, а от психологии личности преступника. Он неврастеник и трус. Заставить Крошина дать нам недостающие доказательства.

Следователь выхватил из папки чистый лист бумаги и писал. Лева фантазировал, строил неимоверные версии, придумывал сверхсложные, неосуществимые комбинации. Следователь выхватывал из бурного потока фантазии реальный факт либо ситуацию и записывал. Иногда он поднимал руку, Лева замолкал, переводил дух.

Так они работали больше часа. Когда Лева иссяк и начал повторяться, следователь жестом отослал его в угол. Лева опустился в кресло, а следователь начал просматривать свои записи. Он все снова перепроверял, выстраивал план атаки, как полководец. Легкая кавалерия, тяжелая, запасные полки, артиллерия. Легкая атака, планомерное наступление в центре, обходные маневры на флангах. Наконец он закончил, облизнул потрескавшиеся губы. Лева уже поставил перед ним стакан, наполненный до краев.

Следователь выпил, заложил за воротник свой огромный платок и медленно, скучным голосом прочитал свои записи.

– Го-ото-ов! – на манер машинистов метро громко произнес Лева. – Испекся гражданин Крошин.

– Посмотрим, – осторожно ответил следователь, но довольной улыбки не сдержал. – Иди отдыхай. Завтра начнем.

Во вторник на ипподроме выходной. Крошин, взяв на работе отгул, неторопливо шел мимо длинных, похожих на побеленные мазанки конюшен. Две недели назад он так же проходил здесь, тогда его карман оттягивала подкова.

Она перекочевала в карман рабочего комбинезона Кунина. Крошин почти убежден, что никто в тот день его не видел. Однако в таких делах на «почти» надеяться не следует, и Крошин в прошлый вторник тоже гулял здесь, гуляет он и сегодня. Если следователь окажется настолько умен и заподозрит неладное, а затем выяснит, что Александр Александрович Крошин на второй день после убийства Логинова гулял у конюшен, данный факт следователю не поможет. Крошин гуляет здесь каждый вторник, такая уж у него привычка.

Крошин остановился у загона, по которому бегал серый в яблоках жеребец Затон. Вроде и свободно бегает, а в загоне. Жердочки не забыли поставить, жеребец – дурак, нет, чтобы перепрыгнуть и уйти на волю, бегает в огороженном квадрате. Его, Крошина, жердочками закона и морали слабых не остановишь, он гуляет где хочет. Он протянул руку, жеребец подбежал, доверчиво ткнулся в ладонь теплыми губами. Каждый хочет сладкого.