Исай

Даже рука отказалась выпускать на свободу короткие прядки волос на макушке Исая.

Я так и лежала на нем, не открывая глаз. Лишь улыбнулась, когда мой мужчина хриплым голосом поинтересовался, все ли у меня хорошо.

Как может он сомневаться? Если я так и «зависла» где-то в облаках.

Чувствовала, как Феликс поднимается вместе со мной с пола и осторожно укладывает меня на постель. Я запротестовала, когда поняла, что он хочет укрыть меня одеялом. Зачем мне одеяло? Я хочу своего Исая!

Он тихо рассмеялся и лег рядом.

И я тут же крепко уснула под размеренное дыхание, ласкающее висок.

Кажется, я в раю. Да, именно там.

Меня разбудили ласковые поцелуи. Я не хотела открывать глаза, а лишь улыбнулась.

Феликс провел пальцем по моей щеке, сместился ко рту, словно изучал черты моего лица.

– Какая же ты у меня красавица! – хриплый шепот подсказал мне, что Исай и сам только что проснулся.

Я приоткрыла глаза. И тут же столкнулась с тягучим, ласковым, наполненным любовью взглядом.

Я чувствовала себя женщиной. Его женщиной. Его любимой. И от этого сердце, еще вчера разбитое на куски, исцелялось, а рваные раны на моей душе затягивались.

– Осторожно, Исаев, я могу подумать, что ты заново влюбился в меня! – тихо прошептала я в ответ.

А Феликс опрокинул меня на спину и навис надо мной.

– Я и не переставал тебя любить, Белочка! – горячо прошептал он, пристально изучая жадным взглядом мое лицо, спускаясь ниже.

А мое тело вспыхнуло под этим взглядом и стремительно рвануло навстречу рукам любимого.

"

"Я отчаянно хотела, чтобы не было этих двух лет боли и печали, от которых часто хотелось выть раненым зверем и лезть на стену, только бы приглушить ненавистное одиночество. Видела отражение моих мыслей в любимом взгляде. И видела чувство вины, съедавшее моего Феликса.

Но разве он виноват? Виноват в том, что мои родители вмешались в мою судьбу? Сделали все, только бы я поверила в смерть любимого? Нет, не было в этом вины моего Исая.

И сейчас я окончательно вычеркнула родителей из своей жизни. Я не была готова простить их. Уверена, они прекрасно знали о том, что Феликс выжил после аварии. Но предпочли не говорить мне об этом, а решили отдать меня и моего ребенка семье Судаковых, словно разменную монету.

Запрятала эти мысли глубоко и надолго, не хотела сейчас омрачать ими долгожданные моменты близости с любимым.