Исай

В моем теле росла и крепла огромная пружина, грозившая сорваться. Но я терпела, интуитивно чувствуя, что это – только начало задуманного Исаевым.

– Фееееликс! – простонала я, когда он осторожно раздвинул мои бедра и склонился к самому сокровенному. Туда, где было невероятно жарко. Туда, где зарождалась дрожь, грозившая разлиться по всему телу.

Я прогнулась в его руках. Мне казалось, что я не смогу спокойно лежать на кровати. Феликс держал меня, крепко, но осторожно, не позволяя вырваться или свести ноги.

Я чувствовала его дыхание на себе.

– Ох, черт, Белочка! Не могу больше! – разобрала его хриплый шепот сквозь гул в ушах и громоподобные удары собственного сердца.

Я ощутила, как тело рассыпается на частички удовольствия. И одновременно со взрывом мое тело наполнилось твердой плотью моего мужчины.

Кажется, я кричала, не в силах сдержать наслаждения. Феликс двигался во мне, а я целовала его неистово и дико. Все-таки мое тело рассыпалось на атомы. Где-то на задворках сознания я слышала, как Исай что-то шепчет мне на ухо, впивается своим ртом в мое плечо, оставляя следы. Но я уже улетела.

– Маленькая моя! – прошептал он, когда его дыхание немного восстановилось.

А я улыбнулась, лениво водя по его спине ладонью. Я не хотела, чтобы любимый отодвигался от меня.

– Придавлю ведь, – выдохнул Феликс, убирая волосы, прилипшие к моему лбу и вискам.

– Я сильная, – возразила я, улыбаясь.

– Никто и не спорит, – поддразнил он меня."

"Но все же перекатился на спину, увлекая меня за собой. За окном почти рассвело. И в неясном свете я могла рассмотреть моего мужчину. Каждую черточку на лице. Каждую мышцу и каждый изгиб тела. Я жутко покраснела от этих мыслей. Но мне так сильно хотелось налюбоваться моим Исаевым, что мое смущение притупилось.

А Феликс, словно прочитал мои мысли, расслабил руки, выпуская меня из крепких объятий. Он лениво наблюдал за каждым моим движением, за каждым прикосновением дрожащих пальцев к горячей и капельку влажной коже.

Мое сердце вновь гулко заколотилось в груди. А по телу помчались искорки возбуждения. Но я заставила себя сосредоточиться на изучении мужского тела, а не на собственных эмоциях.