Исчезнувший

Дело в том, что, выйдя из мастерской Артюхова, Гуров сразу заметил слежку. Какой-то человек следовал метрах в пятидесяти позади. Вот почему Лев останавливался, завязывая шнурок и разглядывая витрины. Во время этих остановок он заключил, что «хвост» – не профессионал, так как скрываться не умел. Оставалось выяснить, кто это его выслеживает…

Спустя минуту послышался стук острых каблучков, и мимо арки, в которой спрятался сыщик, быстро прошла, почти пробежала какая-то девушка. Пробежала десять метров, еще десять, потом остановилась и стала оглядываться.

– Я вижу, вы кого-то потеряли, – услышала она рядом с собой чей-то голос. Обернулась и увидела того самого человека.

– Никого я не потеряла! – выпалила девушка.

– А мне почему-то подумалось, что вы за мной следите, – сказал Гуров. – Иначе зачем вам потребовалось идти за мной от самой мастерской покойного Артюхова?

– Я вовсе не шла… то есть шла, но не за вами… это простое совпадение… – несвязно произнесла девушка.

Гуров внимательно пригляделся к ней. На вид ей было лет двадцать пять – двадцать шесть, вряд ли больше. Среднего роста, одета просто, но со вкусом. Серые глаза смотрят сердито и недоверчиво.

– Хорошо, я соглашусь, что это всего лишь простое совпадение, – сказал сыщик. – А чтобы поставить наше общение на правильную почву, я представлюсь: Лев Иванович Гуров, полковник полиции. Приехал сегодня из Москвы, чтобы помочь здешним оперативникам расследовать убийство Григория Алексеевича Артюхова.

– Так вы из Москвы… – протянула девушка. Недоверчивости в ее глазах стало меньше, зато появился интерес. – Вы – тот самый знаменитый сыщик Лев Гуров! Я о вас много слышала! И вы будете расследовать убийство Григория Алексеевича! Это хорошо… Очень хорошо!

– Может быть, и хорошо. А будет еще лучше, если вы тоже представитесь, чтобы я знал, с кем разговариваю.

– Нет проблем! – заявила девушка. – Меня зовут Анастасия Марьянова.

– Стало быть, вы представительница вездесущей журналистской братии…

Нельзя сказать, что Лев обрадовался знакомству с молодой журналисткой. У него было сложное отношение к людям этой профессии. Довольно часто случалось, что журналисты проявляли повышенный интерес к расследованиям, и этот интерес, как правило, мешал в работе.