Ищущий Битву

 – Если этот парень потчует так всех своих победителей, то у него есть прямой резон выигрывать поединки!»

В свое оправдание я мог сказать только одно: ни мне, ни Меркадье, ни кому-либо из сподвижников барона было не по силам тягаться с рыцарем Атакующей Рыси в благородном искусстве поедания и выпивания.

Когда же наконец благородное утоление голода уступило место греху чревоугодия и челюсти присутствующих в зале снизили темп работы до среднего, тогда родилась застольная беседа, истинное украшение всякой трапезы.

– Да! Помню, как сейчас, – наклонившись ко мне, произнес Росселин фон Шамберг, выпивая непременный тост «за успешное завершение похода и победу святой нашей матери-церкви», – помню, как сейчас.

Саладин запер нас в Кесарии, а вокруг аж до самой горы Кармель ни единой христианской души, способной держать в руках меч. Нас в гарнизоне – два десятка рыцарей да сотни две с половиной лучников и кнехтов, а еды на все это войско: рыба, чайки, крысы и мешки специй, воды не больше, чем в той пустыне, где сорок лет бродили эти обрезанные нехристи. А уж вино, – барон мечтательно закатил глаза и грустно вздохнул, – от вина не осталось даже запаха. Представляете, мессир Вальдар, – даже самого маленького запаха! – Он вновь тяжело вздохнул и печально уставился на опустевший кубок. – Вина, Пауль! – рыкнул фон Шамберг, и коренастый слуга в заношенной куртке из буйволовой кожи тут же наполнил подставленный кубок хозяина.

– Помнишь Кесарию, Пауль? – ностальгически осведомился барон.

– Как же, ваша милость, прекрасно помню.

Ох и досталось нам тогда!

– Что ты несешь! Пшел вон, деревенщина! – возмутился рыцарь Атакующей Рыси. – Да что мудрить, – немного помолчав, продолжил он. – Пришлось нам, конечно, несладко. Зато когда король Ричард Английский снял осаду с крепости и погнал сарацинских собак аж до Дарума, какой знатный пир мы устроили в его честь! Сколько драгоценнейших вин было вылито в наши пересохшие глотки! Представляешь, дружище, – барон дружески хлопнул меня по плечу, – в этот день мне удалось перепить тамплиера! Да! Причем не простого! Командора тамплиеров Кавур… Кавер… А ну его! Не помню.

– Каверсак, – произнес мой дотоле молчавший оруженосец. – Его звали Ги де Каверсак. – Его добродушное лицо стало неожиданно мрачным. – Только, убей меня бог, я не слышал ни о ком, кто мог перепить Ги де Каверсака.

– Ты его знаешь? – удивился я.

– Да! Это мой дядя. Брат моего отца!

– Да в чем ты меня обвиняешь! – взревел барон, пунцовея на глазах.