Рэймонд застонал, и Лин подняла на него взгляд, заметив, как он пристально наблюдал за ней, пребывая на пике бешеного возбуждения.
Толкнув его на матрас, Лин скользнула с кровати и встала перед ним на колени. Рэймонд глубоко вздохнул, когда она склонилась над ним и начала покрывать легкими скользящими поцелуями его сильный торс. Ее губы опускались все дальше и дальше, пока не обхватили его головку.
Рэймонд сдавленно простонал, и Лин провела по всей его длине языком, а затем полностью обхватила его ртом. Она начала двигаться по его длине мягкими и податливыми губами, и Рэймонд закрыл глаза.
Он не мог подобрать слова, как ему было хорошо. Громкие метафоры не подходили. Подходили ругательства.
Это было не восхитительно. Это было охренительно.
Раскрыв глаза, Рэймонд обхватил Лин за затылок и пропустил пальцы в ее волосы, чтобы задать ей правильный ритм. Черт возьми, догадывалась ли она, что каждый раз, когда перечила, ему хотелось заткнуть ее непокорный рот таким образом?
Рэймонд неотрывно смотрел, как Лин жадно вбирала его член в себя и доводила губами и языком до края нечеловеческого удовольствия.
– Если ты не прекратишь, я сейчас кончу, – не разрывая зрительного контакта, Рэймонд приподнял Лин и уложил ее на спину.
Он навис над ней, отчаянно прижимаясь к ее губам. Его язык жадно отыскал ее, переплетаясь с той степенью страсти, будто для Рэймонда больше ничего не существовало в мире. Только он и она. Он сильнее нуждался в Лин, чем в кислороде.
Секунды промедления для него казались губительными.
Он боялся, что еще немного, и сидящее внутри бушующее желание разрушит его окончательно. Быстро натянув презерватив, Рэймонд взял ее за бедра и уверенно проник одним толчком.
Лин застонала, ее тело выгнулось навстречу, но сейчас ему было недостаточно. Не так близко, не так проникновенно. Выругнувшись, он покинул ее лоно и сорвал ненавистную защиту.
На этот раз он бережно заполнил ее собой, испытывая бесконечный кайф. Он начал медленно и плавно двигаться, чувствуя все ее сокращения.
Лин была такой тесной, такой тугой, что в его глазах темнело.
– Рэй, – еле слышно прошептала Лин, когда он остановился, чтобы сдержаться.
– Я люблю тебя, – Рэймонд притянул ее к себе, впиваясь в губы.
Его толчки стали более настойчивыми, движения более резкими. Рэймонд обхватил руками бедра и подтолкнул ее к себе, стремясь быть, как можно ближе. Хотелось проникнуть глубже, забраться прямиком в душу, оставить след навсегда.
