Но с другой стороны, даже со всей помощью Мароны и Ирен я оказался морально не готов. Ничто не могло сравниться с давлением тысяч взглядов, кроме как испытать это на своей шкуре. А такого опыта у меня не было.
В отличие от остальных претендентов, которые, похоже, готовились к этому моменту всю свою жизнь.
Будущие рыцари вокруг меня разнились по росту, внешности и, само собой, по классам. Но что бросилось в глаза, все они были людьми, и, судя по виду, сплошь дворяне, богатые купцы или землевладельцы.
Или Искатели. Здесь, на Валиноре, уровень и достижения имели вес, а не только то, что на Земле считалось престижем.
Молодые и среднего возраста мужчины сбивались в группки по статусу или знакомству. Обрывки разговоров подтверждали то, о чём мне говорила Марона: большинству из парней помогали влиятельные семьи, знаменитые родственники или отец, который уже являлся рыцарем. Всё это играло им на руку при вступлении в Орден Стражей Севера. Я же ничем подобным не обладал, а значит, придётся выложиться так, чтобы затмить их всех.
Толпа вдруг взревела, и я обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как люди расступаются, пропуская целую процессию. Восемь лордов-судей торжественно ступили на поле в сопровождении дюжины охранников в парадной броне. За ними шел десяток писарей и слуг.
Судьи с важным видом взошли на помост в центре поля. Только они и ещё несколько человек поднялись наверх, чтобы оглядеть полосу препятствий и толпу. Раздался хлопок, и маг воздуха усилил голос герцога Сигурдиана, а иллюзионист создал над помостом голограмму его улыбающейся физиономии метров пятнадцати в высоту.
Отличный трюк. Проще и, наверное, дешевле, чем гигантский экран.
— Приветствую вас, граждане Тверди и великого Бастиона, на Великих Испытаниях! — провозгласил Сигурдиан с широкой улыбкой. Толпа взревела. Он, как опытный оратор, выждал, пока шум стихнет. — Здесь мы испытаем будущих рыцарей, желающих вступить в древний и священный Орден Стражей Севера!
Снова по толпе пронёсся рёв, на этот раз дольше и мощнее.
Наконец маг воздуха вернул изображение герцога в полный рост, чтобы тот мог жестом призвать к тишине. — А теперь, поскольку вы и так уже заждались, не будем тянуть и начнём!
Толпа просто обезумела. Прошло несколько минут, прежде чем народ успокоился. За это время иллюзия сменилась на лорда Экариота, который, видимо, вёл первое испытание.
Паладин поднял руки, и воцарилась тишина.
