— Здравствуй!
— Здравствуйте, — Роберт осторожно пожал протянутую руку и поклонился.
По лестнице скатился Шурик. Сажин подтолкнул его к Карлу.
— А когда родился Шурик, наш барак, Карл, уже переоборудовали в музей.
Карл пожал Шурику руку, взглянул на часы и заторопился.
— Извините, друзья. У меня сегодня еще деловая встреча. Миша, завтра в двенадцать на старом месте.
— Хорошо, Карл. Привет Еве и мальчикам.
— Спасибо, спасибо! До скорой встречи, друзья! — Карл раскланялся и скрылся за стеклянными дверьми.
— Кто это, Миша? — спросил Роберт.
— Друг.
— Завидую, Миша, у тебя в каждой стране есть друзья.
— Я был на интернациональных сборах, — ответил задумчиво Сажин, — некоторые остались живы.
Шурик хотел было задать вопрос, но перехватил сердитый взгляд Роберта и промолчал.
* * *"
"Старый Петер уселся на скамейку и стал наблюдать за тренировкой русских. Своим ребятам он дал команду тренироваться свободно, пообещав, что через час устроит два спарринга с гостями. Роберта Кудашвили Петер знал давно, взглянув мельком, отметил, что боксер в форме и немного нервничает.
«Будет с поляком бороться за золото», — подумал Петер и стал искать в зале Сажина. Этого косорукого тренера Петер тоже хорошо знал. Он не видел русского на ринге, но рассказывали, что тот до войны был первоклассным боксером. Ему прочили мировую славу, но парень вернулся с фронта с перебитой рукой. Почему-то у русских спортивные звезды воевали. Горстка людей, разве она решала что-нибудь в схватке миллионов?
Сажин надел «лапу» и работал с рыжеватым курносым пареньком, которого, кажется, звали Шурик.
На «лапе» он работал хорошо, двигался легко, при атаке не раскрывался. Интересно, как он дышит? В одном весе с Тони, дать им спарринг? Петер посмотрел на Тони, он работал на «груше» и все время косился в сторону русских. Петер провел ладонью по голове и вздохнул. Торопится, боится опоздать. Куда опоздать? На профессиональный ринг? В подручные к Вальтеру?
Тяжеловес из советской команды постелил в углу мат и занимался акробатикой.
Петер подивился гибкости и координированности боксера. Он легко выполнил сальто, а Петер сам видел, что в мальчике около ста килограммов. Фигура красивая, но не профессиональная — широкие плечи и грудь, мускулатура мягкая, но нет привычной сутулости, и плечи опущены, шея слишком длинная. Вот ноги хороши — длинные и сухие. Видимо, новичок, лицо не тронуто перчатками. Опытного боксера всегда по лицу угадаешь. Интересно посмотреть на его ладони и пальцы.
