Искупление. Часть вторая

"

"— Так и продолжай делать, — улыбнулся Флэй, стискивая меня до хруста в ребрах. — Мы дома, Сафи, мы дома! — торжествующе воскликнул мой дикарь, а я промолчала.

Это был его дом, не мой, пока не мой. Я готова была завоевывать доверие, была открыта для дружбы с чужими мне людьми, только бы и они были так же открыты. Впервые за этот месяц у меня пропало настроение. Я старалась скрыть свое состояние от Флэя, сидевшего на руле и улыбавшегося своим мыслям время от времени. Его возбуждение было мне совершенно понятно.

Он десять лет не был дома. Конечно, мой дикарь скучал по своим родным. И, наверное, предвкушение встречи делало его немного слепым, потому что святая вера мужчины в то, что все будет хорошо, была для меня сомнительна. Я когда-то удивилась, что он спокойно принимает меня, ту, чей народ совершал грабительские набеги на этот край, грабивший и убивавший его народ. Так почему же его соплеменники должны быть похожи на моего дикаря, узнавшего не только тех разбойников, приплывавших сюда, но и таких таргарцев, как тар Мерон, Аристоф, Берни и священник из Одрига.

Это были неприятные мысли, и очень хотелось верить в то, что Флэй знает, о чем говорит. Он перевел на меня сияющий взгляд, и блеск темно-карих глаз немного померк. Мужчина поманил меня к себе и усадил на колени. Я прижалась щекой к его щеке, сцепил руки на шее и затихла, чувствуя себя сейчас такой беззащитной, какой, кажется, еще никогда не была.

— Говори, — велел Флэйри.

— Я боюсь, — вздохнула я.

— Меня?

— Нет! — воскликнула я и посмотрела на него.

— Значит, ничего не боишься, — сказал он и погладил по лицу тыльной стороной ладони. — Хватит забивать свою головку всякими нехорошими мыслями. У тебя есть мужчина, он и будет решать проблемы, если они возникнут.

Я кивнула и улыбнулась, снова прижимаясь к нему и следя за тем, как темная полоса впереди все больше растет, превращаясь из ровной линии в ломанную. Теперь я видела гору, даже могла различить силуэты прибрежных деревьев. Сердце тоскливо замирало, и я сильней стискивала шею дорогого мне мужчины.

Он не иронизировал, не издевался, не подначивал, только поглаживал по спине и время от времени коротко целовал в щеку. В какой-то момент мне показалось, что я заразила его своим дурным настроением, и стало стыдно. Он ведь домой вернулся, радовался, а тут я со своими надуманными страхами.

— Когда мне раздеваться? — спросила я, деловито поглядев на него.

— Зачем? — Флэй удивленно посмотрел на меня.