Кэтрин Маркс знала, что Гарри что-то затеял. Похоже он всегда что-то затевал. Его не заботило ее благополучие – ему это было совершенно безразлично. Большинство людей, включая Кэтрин, только отнимали у него время.
И какой бы загадочный механизм не гнал кровь по венам Гарри Ратледжа, это явно было не сердце.
За все время их знакомства Кэтрин никогда ничего у него не просила. Великолепный мозг Гарри хранил в памяти все услуги, которые он когда-либо кому-то оказывал, и срок, когда он потребует возвращения долга с процентами, был лишь вопросом времени.
У людей были причины относиться к нему с опаской. У Гарри имелись могущественные друзья и не менее могущественные враги, но вряд ли даже они сами знали, в какую именно категорию им посчастливилось попасть.
Лакей или помощник, – кем бы он там ни был, – провел ее в роскошные апартаменты Гарри. Кэтрин поблагодарила его сухим тоном. В приемной она присела в ожидании, положив ладони на колени. Весь интерьер этой комнаты – от тканей бледных, тусклых оттенков, холодного мрамора и бессмертных творений эпохи Ренессанса – был призван запугать посетителей.
Гарри вошел в комнату, во всем его облике чувствовались сила и уверенность в себе, внушающие трепет. Его одежда, как всегда, была тщательно ухожена и элегантна.
Подойдя к Кэтрин почти вплотную, он окинул ее дерзким взглядом зеленых глаз.
– Кэт. Хорошо выглядишь.
– Иди к дьяволу, – ровным голосом ответила она.
Взгляд Гарри переместился на ее бледные сплетенные пальцы, и ленивая улыбка озарила лицо.
-Полагаю, я и есть дьявол. – Он кивнул на другую сторону дивана, на котором она сидела. – Можно?
Кэтрин коротко кивнула, ожидая, когда он сядет. – Зачем ты послал за мной? – спросила она ломким голосом.
– Занятная сцена разыгралась сегодня утром, не так ли? Твои Хатауэи великолепны. Они далеко не те отбросы общества, с которыми тебе зачастую приходилось иметь дело."
"Кэтрин медленно подняла глаза, встречаясь с ним взглядом. Она постаралась сдержать дрожь, глядя в эти яркие зеленые глубины.
Обычно его мысли были скрыты от посторонних за семью печатями... но сегодня утром в его взгляде, устремленном на Поппи, читался голод, который он всегда умел так хорошо прятать. А Поппи не имела ни малейшего представления, как защититься от такого человека, как Гарри.
Кэтрин постаралась сдержать дрожь в голосе. – Я не собираюсь обсуждать с тобой Хатауэев. И предупреждаю, держись от них подальше.
