Поппи издала неуверенный смешок:
– Я думаю, вы смогли бы уговорить рыбу вылезти из собственной кожи, – сказала она. – Но, тем не менее, не меня, – она задохнулась от нехватки воздуха, когда он наклонил голову и коснулся поцелуем уголка ее губ, как будто ее смех был чем-то таким, что он хотел попробовать на вкус. Поппи чувствовала отпечаток его губ, даже когда он отодвинулся, и ее натянутые нервы медленно освобождались от ощущения прикосновения.
– Проведите со мной день, – убеждал он. – Завтра.
– Нет, мистер Ратледж, я не.
..
– Гарри.
– Гарри, я не могу...
– Час? – прошептал он и снова наклонился к ней, а она поспешно отвернулась. Тогда он склонился к ее шее, и начал покрывать ее медленными, ласкающими поцелуями.
Никто и никогда не делал с ней такого, даже Майкл. Кто бы мог подумать, что она будет чувствовать себя при этом так восхитительно? Ошеломленная, Поппи сильнее откинула голову, а ее тело как бы само собой расслабилось в кольце его рук.
Гарри ласкал ее горло с потрясающей нежностью, легко ловя языком ее пульс.
Его ладонь охватывала ее затылок, подобно колыбели, а подушечкой большого пальца он гладил кромку ее волос за ушком. У Поппи едва не подкосились ноги, и она обхватила руками его шею.
Гарри был так нежен, дразня ее кожу, вызывая легкую дрожь своими поцелуями. Девушка бездумно следовала за ним, желая ощутить его вкус. Поворачиваясь к нему лицом, она задела губами гладковыбритую поверхность его щеки. У него перехватило дыхание.
– Вы никогда не должны плакать из-за мужчины, – сказал он, обжигая дыханием ее щеку.
Голос Ратледжа был мягким, тягучим, как пьянящий мед. – Никто не стоит ваших слез, – и прежде, чем она смогла ответить, он поцеловал ее полным, откровенным поцелуем.
Поппи нерешительно отвечала, медленно тая от его поцелуев. Кончик его языка проник внутрь, осторожно играя с ее, и ощущение от этого были такие странные и дразнящие, неудержимая дрожь пронзила ее. Гарри сразу же остановился.
– Сожалею. Я испугал вас?"
"Поппи даже не думала об ответе.
Нет, не напугал, не больше, чем просветил ее относительно какой-то неведомой ей прежде эротической территории. Даже с ее неопытностью девушка понимала, что он может с удовольствием вывернуть ее наизнанку. И это явно было не то, что она могла принять или к чему была готова.
Поппи пыталась успокоить бешенное биение своего сердца, которое колотилось, словно сумасшедшее, прямо в горле. Ее губы болели и распухли, а тело пульсировало в незнакомых местах.
