Боже праведный, а ведь это очень больно — больнее, чем она могла предположить!
— Помните ту миниатюру, которую преподнес мне мистер Портер? — спросила Грейс, изо всех сил притворяясь спокойной. — Он сказал, что герцогу очень хотелось подарить мне свой портрет.
Мистер Портер тогда покривил душой из благих побуждений. Ему хотелось доставить радость бедной девочке, которая утратила всех близких, а потом стала сомневаться и в том, что герцог испытывает к ней нежные чувства.
Хотя Грейс ни за что не хотела этого признать, природа за прошедшее время еще больше украсила того человека, вокруг которого вращались все ее мечты о семье и семейном счастье.
— По правде говоря, я ее уж и позабыла, — ответила Розмари на вопрос о миниатюре. — Мне казалось, вы забросили эту безделицу в пустой ящик комода и давным-давно на нее не глядели.
Грейс поморщилась: она сама попалась в ловушку детского обмана. Не объяснять же теперь Розмари, что она достала миниатюру из ящика через час-другой после того, как бросила ее туда! Портрет герцога и теперь принадлежал к числу самых дорогих для нее сокровищ.
Она даже в Лондон взяла его с собой, хотя и была уверена, что едет добиваться полного освобождения от навязанного брачного договора.
— Ну, забросила. — Она дернула плечиком. — И тем не менее я всю жизнь терпеливо ждала, когда этот мужчина попросит моей руки. Так удивительно ли, что я время от времени доставала эту безделицу и любовалась лицом того джентльмена, которого выбрали мне в супруги?"
"— О чем вы? — Розмари придвинулась ближе.
— Мне казалось, мы приехали в Лондон для того, чтобы вам не пришлось выходить замуж за этого негодяя.
— Так и есть! — воскликнула Грейс, встревоженная тем, что после встречи с герцогом ее раздирают на части противоречивые чувства. — Я именно это и делаю. Но герцог повел себя неожиданно — я-то рассчитывала, что мой отказ его обрадует.
— Разве я должна напоминать вам, что в Ковент-Гардене его светлость, скорее всего, охотился за красотками? — Экономка беззвучно выругалась.
— Разве вам нужны еще доказательства того, что Хантсли — закоренелый развратник? Нетрудно догадаться, что у него немало любовниц, за юбки которых держатся не меньше дюжины бастардов!
При мысли об этом сердце Грейс сжалось. Она была так глупа, что воображала, будто герцог станет хранить верность женщине, на которой и не собирался жениться.
— И что же, по-вашему, мне следует делать? — требовательно спросила она, стараясь гневом погасить слезы.
