— Вполне возможно. Однако мужчины бывают такими странными! Готова спорить, что богатый человек мечтает сделаться еще богаче, — сказала Грейс, смягчая укор любезной улыбкой.
Мистер Уокер посветлел лицом и ответил улыбкой не менее любезной.
— Конечно, миледи, что касается богатства, пределов нет. Есть и другая причина, по которой я стремлюсь заполучить то, что унаследовал Хантсли.
— И что же это за причина?
— Мне доставит удовольствие отсудить у него наследство потому, что сейчас оно принадлежит ему. Он же будет в ярости, если придется уступить дары бабушки мне.
— Заметив удивление на лице Грейс, он пояснил: — Должен признаться, мы с детства соперничали. Мы с Хантсли никогда не ладили. Когда нам приходилось встречаться, мы оба ходили потом с подбитыми глазами.
— И какую роль вы отводите мне, мистер Уокер?
Он шагнул к Грейс. Краем глаза она подметила, что Фрост приблизился к ним.
— Ах, я счел бы за честь, если бы вы называли меня просто Роландом! В конце концов, мы ведь почти родственники.
— Почти, но не совсем, сэр, — лукаво поправила его Грейс.
— Не будет ли неучтиво с моей стороны упомянуть о тех слухах, которые до меня дошли и которые касаются вас и герцога? — вежливо осведомился он.
— Что именно вам стало известно?
— Что к своему дню рождения вы можете остаться незамужней.
— Я буду не единственной леди, которая встречает двадцать первый день рождения незамужней.
— Не нужно говорить так уклончиво, миледи. — Уокер явно был не в силах скрыть охватившее его волнение. — Вы же умеете говорить напрямик, и эта черта, помимо прочих, очень привлекает меня.
Грейс подумала, что в этом герцог отличается от мистера Уокера.
— Так вы познакомились со мной, желая выяснить, соответствуют ли эти слухи действительности.
— Вы к тому же умны. — Он бережно взял ее руку, затянутую в перчатку, и легонько поцеловал. — Тоже восхитительная черта.
— Хотите, я попробую угадать? Возможно, вам захочется, чтобы мы познакомились поближе, если герцог Хантсли уже не будет стоять у вас на пути?
— Такое желание вполне разумно.
— Руку Грейс он не отпустил. — Поэтому скажите мне, милая леди... смею ли я надеяться на то, что смогу завоевать вашу привязанность?
— Ну...
— Руки прочь от моей жены, Уокер! — рявкнул Хантсли.
Он приблизился с таким угрожающим видом, что Уокер сразу отошел от Грейс. Но требование герцога рассердило Грейс.
— Меня поражает ваше высокомерие. Я не являюсь вашей женой и не стану ею, если вы будете продолжать в том же духе.
