Кто-то сопротивлялся, кусался и царапался, потому что этот кто-то очень сильно хотел жить… Сняв с Влада рубашку, я интуитивно запустила руку в карман и… нашла там обломок ярко-красного женского ногтя. Мне хотелось закричать на весь лес, но я не стала этого делать, потому что по-настоящему испугалась. Зажав страшную находку у себя в кулаке, я посмотрела, как Влад страстно целует мой живот и спускается ниже.
– Влад, хватит. Я больше не хочу!
Влад поднял голову и посмотрел на меня удивленным взглядом.
– Настя, я сделаю тебе хорошо, – задыхаясь произнес он.
– Нет, – резко освободилась я от объятий Влада и принялась одеваться.
– Но почему?
– Потому, что одной девушке ты уже сделал плохо.
Я раскрыла ладонь и показала Владу обломок ярко накрашенного ногтя.
– Что это?
– Это – ноготь Марины, которую ты хладнокровно задушил той ночью.
– С чего ты взяла, что это ее ноготь?
Влад хотел выхватить у меня улику, но я крепко зажала ее в кулаке и стала потихоньку пятиться от Влада."
"– Этот обломок лежал в кармане твоей рубашки.
Видимо, Марина чувствовала, что ты хочешь ее задушить, и сунула тебе в карман эту улику.
– Ты что несешь? С чего ты взяла, что это Маринкин ноготь? Сколько девушек так же ярко красят ногти…
– А это установит экспертиза.
– Какая еще экспертиза?
– Обыкновенная.
Я говорила и по-прежнему пятилась от Влада. Он поднялся и принялся судорожно надевать рубашку.
– Теперь я знаю, почему ты носишь в жару рубашку с длинными рукавами. Совсем не потому, что ты сильно обгорел, а потому, что Марина кусалась, царапалась и сопротивлялась перед тем, как ты ее задушил.
Она очень хотела жить, впрочем, как и все мы.
– Что ты такое говоришь?
– И я тебе нужна не потому, что я тебе так нравлюсь, а потому, что я – это твое стопроцентное алиби. Ты боишься, что следователь докопается до сути и алиби, которое обеспечили тебе друзья, не подтвердится. Тогда тебе буду нужна я.
– Настя, я тебе сейчас все объясню…
– Ничего не надо мне объяснять! Я и так все знаю.
– Понимаешь, Маринка сама виновата.
Она забеременела и шантажировала меня, чтобы я на ней женился. Это не входило в мои планы. Она мне жить не давала! У меня институт, карьера, фирма отца… Она никак не вписывалась в эту жизнь со своим ребенком…
– Это ты расскажешь на суде.
– На каком еще суде? – позеленел Влад.
– На котором тебя будут судить за убийство беременной женщины!
– Ты должна мне помочь и обеспечить мое алиби.
– Нет уж, дорогой. За убийство ты будешь отвечать по закону.
