Волосы вот только… У меня до плеч, а у Васи их и нет почти, не отросли еще после лагеря.
Ну, да ничего, наденем шапочку лыжную, сейчас весна, многие в таких ходят.
Я встала перед зеркалом, положила перед собой фотографию Васи и начала гримироваться. Надо будет взять с собой еще пару дымовых бомбочек. На всякий случай. Боевые-то я брать не буду, там же людей сколько… Да и эти дымовые при прямом попадании тоже могут убить…
А надеть можно будет тетины штаны старые, в которых она летом ездит на дачу картошку копать, и телогрейку еще — в чулане у нас валяется.
Видок у меня будет, конечно, не самый привлекательный, но, я думаю, с такой справочкой меня везде пустят.
А что — вот, с зоны вышел, к брательнику иду, брательника не видел давно…"
"Правда, таким образом я добьюсь того же, чего Ахтырко и компания добиваются, — Дмитрия Федоровича скомпрометирую… Ну и плевать мне на Толстикова-старшего. Мне бы Василия только выручить, а там…
* * *Кстати, с толпой я слилась довольно органично — посмотреть на мэра сползлись синяки со всей, наверное, округи.
Очевидно, в надежде на бесплатное угощение или еще какие-нибудь предвыборные штучки.
Ну, конечно, не только одни синеморы там собрались — народу было полно, всякого разного — у нас подобные мероприятия любят.
Я пробралась поближе к эстраде, на которой собирались выступать политики, — ага, здорово как! Вот и Ахтырко стоит, кстати, рядом с Толстиковым-старшим, беседуют мило. А охраны-то сколько вокруг! И самый главный, по всей видимости, начальник охраны — я усмехнулась — не кто иной, как Мутный.
Пустили волка в овчарню!
Интересно, когда Ахтырко и компания начнут свою акцию, в какой момент Василий покажется? Наверняка он уже тут, его привезли сюда и где-то прячут.
Я еще раз усмехнулась, на этот раз идее, неожиданно пришедшей мне в голову, — а ведь заставить бандитов показать, где они прячут Василия, проще простого.
Мэр вместе с Ахтырко, сопровождаемые несколькими охранниками, спустились с трибуны. Подошли зачем-то к машине.
Потом мэр отделился от Ахтырко и снова стал подниматься на трибуну. К Ахтырко подошел Мутный.
Вот теперь!
Я пробилась к самому кольцу охранников. До Мутного с Ахтырко оставалось буквально четыре-пять шагов. Один из охранников — здоровенный детинушка в дорогом костюме-тройке — преградил мне дорогу. Руку на плечо положил.
— Ты куда, мужик? — осклабился он, окинув презрительным взглядом мою телогрейку и рваные штаны.
Разговаривать еще с ним.
