Но…
— Хорошо.
Его пальцы скользнули вниз по моему горлу, достигая выреза моей спальной футболки, уничтожая каждую рациональную мысль. Но где-то в моей голове было предупреждение, что-то, что я должна была помнить.
— Аарон, — прошептала я.
Прикосновение его кожи к моей было таким нежным, таким невероятно нежным, и все же оно обладало силой, способной свести меня с ума. Чтобы зажечь что-то во мне. Именно это он и доказал со времени благотворительного вечера.
— Аарон, — повторила я.
Его пальцы остановились, приподнимая мою кожу прямо над ключицей.
Я сразу же почувствовала потерю его прикосновения.
— Что мы делаем? — спросила я, и в моих собственных ушах прозвучало отчаяние. Я очень медленно выпустила весь воздух из легких, скорбя о том, что чувствовала мгновение назад. Но это было важно. Я должна была что-то сказать, чтобы чувствовать себя в большей безопасности. Чтобы разобраться в этом. Иначе я бы утонула под собственным весом. Я знала, что так и сделаю.
— Это… все еще притворство? — я сглотнула. Я ненавидела свои собственные слова, но не могла остановиться. — Это просто для практики?
Громкий голос в моей голове крикнул мне, чтобы я заткнулась. Не портить момент и позволить себе взять столько, сколько Аарон был готов мне дать. Но правда заключалась в том, что я была в ужасе. Глубоко в своих костях я дрожала. Под всеми способами, которыми мое тело продолжало реагировать на каждое прикосновение и слово и жаждать все больше и больше всех того, что последует, это вызывало страх.
Я почувствовала вздох Аарона на своей коже, и мне захотелось протянуть руку и прижаться к нему, прежде чем он отойдет. Наверное, я все испортила.
Но он этого не сделал.
— Это заставило бы тебя чувствовать себя лучше? Я притворюсь еще немного, если это то, что тебе нужно.
— Да, — это слово сорвалось с моих губ в спешке.
Я знала, что пожалею об этих словах, возможно, раньше, чем позже. Это была опасная игра.
Но в тот момент единственное, что, казалось, имело значение, — это безопасный пузырь, который я создала вокруг нас. Спасательный круг, который я умоляла его бросить мне, и я держалась за него изо всех сил. Если бы я слишком внимательно изучила слова Аарона, я бы открыла глаза, мой мозг снова заработал, и наши рты были бы заняты разговором."
"Его губы снова коснулись моей кожи, продолжая с того места, где они остановились.
