– Что, черт возьми, там шумит?
Аарон приподнял голову – ровно настолько, чтобы я видела, как он бегает взглядом по моему лицу, рассматривая каждое местечко, которого касались его губы, словно не знал, где остановиться. Наконец взгляд замер у меня на губах, и Аарон скривился, будто от боли.
– Видимо, твоя кузина.
Каро.
Конечно. Это было бы логично.
Аарон медленно трезвел, понемногу приходя в себя.
– Пойду проверю, – объявил он, отпуская меня.
Без него сразу стало холодно и неуютно.
Во всем теле чувствовалась немота.
Стараясь удержаться на ногах, я последовала вслед за Аароном к двери. Прежде чем ее открыть, он оглянулся.
– Каталина. – Вот, опять. Не Лина. Каталина. – Хорошо, что я тебя не поцеловал.
В груди что-то оборвалось.
– Почему? – удалось выговорить дрожащим шепотом.
– Когда я наконец тебя поцелую, это не будет игрой. Я не стану демонстрировать, как это было бы в теории. Я продемонстрирую на практике. И, уж естественно, не стану объяснять, как было бы здорово, если бы ты решила завести со мной отношения.
Ты ведь и сама понимаешь.
Аарон замолчал – с таким видом, будто еле сдерживался. Словно хотел накинуться на меня, опять прижать к шкафу и продолжить с того места, где мы закончили."
"– Когда я тебя поцелую, ты не будешь воспринимать это как репетицию.
Глава двадцатая
Наутро, открыв глаза и увидев густую тьму, обычную для стран, где принято устанавливать жалюзи на окна, я сразу поняла, что не в своей постели.
Во-первых, я привыкла просыпаться от ярких лучей солнца.
Во-вторых, непривычным был матрас: слишком мягкий и упругий. И подушка – тоже: низкая и приплюснутая.
Самое главное, буквально кричащее свидетельство того, что я нахожусь не в своей постели в бруклинском Бед-Стае, лежало на животе. На ощупь оно было теплым, твердым и сильно походило на… мужскую руку.
Из-за барабанной дроби, стучавшей в голове, я никак не могла сообразить, что же держит меня за талию. Почему я не в своей уютной постели, на родном матрасе, пробившем солидную дыру в моем бюджете?
Сонно моргнув несколько раз, я убрала с лица пряди.
Глаза понемногу привыкали в темноте.
Я уставилась на неожиданную тяжесть, придавившую меня к простыне.
Рука. Как я и думала. С темными волосками и буграми мышц. Явно мужская. Я прошлась по ней взглядом. Чуть выше виднелось крепкое плечо, за ним шея, потом голова и…
Mierda!
Обладатель всех этих частей тела пошевелился. Я застыла.
