С этими словами дух повернулся, и наши взгляды снова встретились:
— Первые две четверти ритуала, подготовка моего нового вместилища, проверены. Пора переходить к главному — к обретению свободы. Но не с этим же жалким телом, верно, моя жемчужина?
Наверное, Дим что-то ощутил, потому что в этот миг он прохрипел:
— Глава, отомстите…
А через мгновение его голова неестественно вывернулась, и он обмяк в кандалах. Обмяк мёртвым, безжизненным телом, как и пять братьев до него.
— Убрать! Живей!
Слова духа ещё неслись ко мне из центра зала, а он сам уже стоял возле меня и сжимал пальцы на моём горле.
— Ну что ты так хрипишь? Ну в самом деле, не мог же я оставить подопытного в живых? Это, знаешь ли, небезопасно. Я не раз в этом убеждался за все три сотни лет исследований, — он постучал себя по виску указательным пальцем. — Один из собратьев очень долго убеждал меня, что нужно быть более мягким. Мне же нужны были его лекарские знания, без них вся моя задумка не имела смысла. И не один десяток раз мне приходилось отправлять слуг и големов на поиски беглецов.
Но как только я сумел освоить знания собрата, то сразу же использовал его душу для усиления и раз и навсегда избавился от его глупых советов в своей голове.
Раньше чем я успел что-то ответить, мы оба уже оказались в центре ритуала, там, где только что висел Дим.
Безумный дух сделал шаг назад, отпуская моё горло. Миг свободы между стеной и незримой хваткой духовной силы духа оказался так мал, что я не успел его даже ощутить, а не то чтобы вмазать духу браслетом кандалов.
К сожалению.
— Первооснова провалов в моём переселении в тело человека состоит в том, что его тело просто не выдерживает мощи моей души. Оно в прямом смысле разрушается от её воздействия. Знаешь ли, десять дней свободы не тот промежуток, который мне нужен. А ведь ещё нужно закладывать время на возвращение и обратный ритуал. Не очень хочется, знаешь ли, проверять, что будет, если сосуд окончательно разрушится вдали от Сердца Города.
— А может, стоило бы проверить? — заставил я шевелиться онемевшие от ярости губы. — Или ты трус?
— Аха-ха, — рассмеялся дух. — Жалко. Как только не пытались меня вывести из себя за эти годы. В сравнении с лучшими из них ты жалок. Но у тебя другое преимущество — тело, идущее вслед за душой. Я думал, после разрушения Империи таких, как ты, больше не осталось, а оказалось, что до этого ко мне попадали одни только отбросы.
