ИСТИНА

Ушел он так же незаметно, как и появился. Выскользнул из двери квартиры Никольского, забежал на этаж выше и там вызвал лифт.

Сергей еще раз перечитал донесение, повертел в руках зеленый контейнер. Чужим он был в его квартире среди оставшихся еще от его деда милых старых вещей. Эта зеленая банка с черными реквизитами на боку пришла сюда из мира установок «Град» и БМП. И показалось, принесла в квартиру запах пороха и гари.

Сергей поднял телефонную трубку, набрал номер Олега Кольцова.

— Родионов, — ответила трубка.

— Кольцова, пожалуйста.

— Кто просит?

— Никольский.

— Из 108-го?

— Да.

— Он выехал.

— А когда будет?

— Трудно сказать.

— Понимаете, у меня очень важное дело, могу я соединиться с полковником Комаровым?

Родионов помолчал. Потом спросил:

— А дело действительно важное?

— Чрезвычайно.

— Оставьте номер телефона, вам перезвонят.

— Но это очень срочно.

— Я понял вас, — ответил Родионов, — вам позвонят. Сергей положил трубку и пошел на кухню сварить себе еще кофе. Он даже не успел налить его в чашку, как в комнате протяжно-требовательно зазвонил телефон.

— Никольский.

— Добрый день, Сергей Васильевич, Комаров.

— Здравствуйте, Юрий Павлович, дело у меня к вам срочное.

— Слушаю.

— Не по телефону.

— Ого. Очень срочное?

— Приплыло ко мне по оперативным каналам два часа назад донесение по вашей линии, и очень серьезное.

— Вы же в отпуске.

— Трудовые будни — праздники для нас.

— Ну что, вы ко мне или я к вам?

— Как скажете.

— У вас кофе есть? — лукаво спросил Комаров.

— Найду.

— Тогда я к вам. Чтобы вы лишний раз в нашем доме не светились.

— Записывайте адрес.

— Обижаете.

Комаров приехал через двадцать минут. Он был, как всегда, элегантен, доброжелателен и весел. Таким, каким и должен быть настоящий контрразведчик. Но Сергей уже знал, какой напор, оперативная злость скрываются за внешней доброжелательностью этого человека.

Они так и не успели попить кофе. Как только Комаров увидел контейнер и прочитал донесение, он сразу же бросился к телефону.

Сергей деликатно вышел на кухню, стоял у окна и курил.

Он не успел докурить сигарету, как на кухню вошел Комаров.

— Кофе отменяется, Сергей Васильевич. Нам с вами надо подъехать на Лубянку.

— Прямо сейчас?

— Именно. Квартира у вас хорошая. Настоящая московская. Добрым старым временем пахнуло на меня.

— Квартира от деда осталась."

"— А кем ваш дедушка был?

— Адвокат.

— Чувствуется аура. А если не секрет, кто ваши родители?

— Мать — врач-педиатр. Отец — судья. Он погиб.