Уродливое сердце гораздо хуже шрамов на теле.
— Давай сбежим? — предложила Хельга, когда прошло приличное количество времени, и гости перестали на них постоянно пялиться. — Тут и без нас уже обойдутся. А я уже устала, — а подарки ее и вовсе не интересовали.
— Если ты этого хочешь, — ответил Миствир. Ему вообще все это было не нужно. Хватило бы и церемонии к храме, но положение обязывало.
— Очень хочу, — шепнула Хельга."
"Тогда Миствир увел ее из зала и открыл портал. Это был подарок от колдуна: портал вел в комнату в южном замке.
Подхватив Хельгу на руки, он шагнул в комнату и закрыл портал. Спальню освещал лишь догорающий в камине огонь. И при его неверном свете Хельга увидела, что все украшено цветами. Комнату явно готовили. Но рассмотреть все она не успела, Миствир, так и не отпуская ее, прошел к кровати и бережно опустил на покрывало.
Они провели вдали ото всех целую неделю, наслаждаясь друг другом. Горячие поцелуи под яркой луной и огромными звездами, и под шелест волн.
Купание в теплом море. Томные и нежные ночи, и шалости среди бела дня.
— Люблю тебя, мой мрачный сумрачный, — шептала Хельга.
— Люблю тебя, мое золотоволосое наваждение, — твердо отвечал Мистивир, сжимая в объятиях любовь всей своей жизни.
* * *— Хельга! — старый повар кинулся ее обнимать, когда они с Мистивиром вернулись в крепость. — Я так раз за вас, — от избытка чувств он расцеловал и наследницу, и командира. — Я испек торт! — гордо заявил он.
— Он испек много тортов и пирожных, — сдал повара Ярдар.
Он с поцелуями не лез, был более сдержан. — Поздравляю!
Хельга была рада вернуться в эту крепость. Как ни странно, но она соскучилась по снегу. Да и Миствир пока оставался командиром стражей. А ей будет хорошо, лишь бы рядом с ним.
За месяцы, прошедшие с закрытия портала, Мрачные склоны преобразились. Стражи буквально опешили, увидев в небе солнце! В положенное время в этот край пришла весна, и снега начали таять, с шумом и грохотом обрушиваясь в ущелье.
Хельга наблюдала за ее приходом со смотровой башни, каждый день подмечая изменения. Сходил снег, таял лед, и вот уже ручьи, напоминающие те, из ее видения, водопадами срываются со скал. Солнце припекало все сильнее, согревая склоны, давно не знающие тепла. И стала пробиваться первая трава, а за ней и чудом выжившие мелкие цветы.
Драконица занималась тем, что с помощью эльфийской Владычицы возрождала этот край. Крепость стала ей настоящим домом.
