История Ирэн 3. Принятие

А вот княгиня Дадиани уважительно взглянула на мужчину.

— Да, — наконец вынес вердикт доктор, — можно пить, но не перебарщивайте, надо чередовать с простой водой.

Снова с восхищением взглянул на княгиню и вдруг поклонился:

— Не знал, что смогу увидеть такие познания в прелестной женской голове.

Щёки княгини порозовели.

Потом доктор пояснил для Прасковьи Валуевны, которая снова вся превратилась в слух:

— Очень древний и почти забытый рецепт.

Ирэн смогла осилить всего полчашки, после этого, как только голова опустилась на подушку она уснула.

— Пусть поспит, — проговорила Прасковья Валуевна, взяв под руку княгиню Дадиани, — пойдём Нино, мне расскажешь, что у вас сегодня за счастье.

— Ну что? Поигралась в подругу? — злой голос князя разносился по гостиной, украшенной сиреневыми колоннами чароита.

Вот любил князь Мещерский роскошь, и всё ему казалось, что камни из недр и гор Стоглавой приближают его главную цель, ту ради которой он когда-то не пожалел единственную дочь.

— Почему наследник расхаживал по замку? Как ты её выпустила из гостиной? Мы о чём договаривались?

Софья сидела на диване, а отец, князь Мещерский нависал над ней грозной фигурой.

Она не пыталась оправдываться, знала, что всё равно бесполезно. Лучше промолчать, и тогда он выговориться и потом она сможет пойти к сыну.

У Софьи тоже болела голова. Эта противная мадам Окри, которую посоветовала графиня Волина, зажгла в курительницах какую-то траву, которая как она говорила поможет общаться с духами. И что теперь? Ирэн Виленская ушла в смятении, потому что медиум, видимо, сама надышавшись своей отравы, понесла какую-то чушь.

Что Ирэн подумает про Софью, она же хотела с ней поговорить, она увидела в ней ту, которая вырвалась из этого круга зависимости, сначала от отца, потом от мужа, которые всё и всегда решают за тебя.

Софья Мещерская мечтала о том дне, когда больше не надо будет делать то, что говорит отец, но, видимо, этот день никогда не настанет.