История пишется победителями

Ведь на их глазах после внутреннего взрыва, итальянский корабль был разорван на две неравные половинки, которые быстро скрылись под водой.

— Экселенц, корабли противника отвернули к норду, и быстро набирают ход! Они выходят из боя!

Стоявшие в рубке немцы просто ахнули, не понимая произошедшего — такое просто в голове не укладывалось. Как можно бежать после первой потери, ведь оставшиеся семь кораблей по числу орудий и совокупному весу залпа все еще сильнее девяти германских. Однако Сушон нисколько не удивился — адмирал ожидал чего-то подобного…

— Призвание итальянцев вечно быть битыми, но после череды поражений они ведут себя так, словно одержали победу!

Вильгельм пребывал в самом превосходном настроении, и не скрывал этого.

От имени рейха он выступил миротворцем, а все переговоры провели в Вене, где старый кайзер Франц-Иосиф, живой еще анахорет «Священного Союза» вдоволь попенял итальянскому королю, что тот решился нарушить мир в Европе, став «возмутителем спокойствия». При этом как-то подзабыв, что совсем недавно австрийцы объявили об окончательной аннексии Боснии, в результате сделки в Бухлау между министрами по иностранным делам Австро-Венгрии и России, Эренталем и Извольским.

Удивительное миролюбие проявили французы и англичане, и тоже эти «миротворцы» как-то подзабыли, что первые нагло «оттяпали» у турок весь Тунис. А вот «владычица морей» как всегда получила гораздо больше других — вначале овладела турецким Кипром, за «помощь» в недопущении русских к зоне проливов. А чуть позже оккупировала Египет, в котором местный хедив стал марионеткой в руках всесильного Сити.

Однако сейчас «великие державы» на венских переговорах повели себя крайне сдержанно. Франция и Англия откровенно радовались тому, что Италия покинула «Тройственный союз», напоследок громко «хлопнув дверью» — обвинив в двуличии и Берлин, и Вену, что не дали ей сокрушить турок, и хуже того — крепко ударили по «загребущим рукам». А такое не прощается, и сейчас Италия уже переметнулась в стан Антанты, чему обрадовались в Париже и Лондоне, дипломаты которых призывали сохранить «статус кво».

Вот только поздно — за разбитые на политической кухне горшки нужно кому-то заплатить, и понятное дело, что не победителю.

На своих союзников по Антанте сильно обиделся царь Николай, когда те отказались признавать захват эфиопами Эритреи, где проживали родственные амхарцам православные тиграи. И во всеуслышание заявил, что колонизаторам там не место, отправив в Массауа канонерскую лодку «Хивинец».