— Но, полагаю, он оставил в крипте деньги на еду для мальчика.
— Деньги! — воскликнула миссис Оуэнс. — Какой прок от денег?
— Никту надо будет покупать продукты… — начал мистер Оуэнс.
— Да что с вами разговаривать!
Миссис Оуэнс в расстройстве отправилась на поиски сына. Тот, как она и думала, стоял на вершине холма и смотрел на город.
— Скажешь, о чем думаешь, — дам пенни.
— Нет у тебя пенни, — отозвался Никт.
Ему было уже четырнадцать, и он перерос свою мать.
— Есть, в гробу целых две монетки, — возразила миссис Оуэнс.
— Позеленели чуток, но есть.
— Я думал о большом мире. С чего мы взяли, что убийца моей семьи еще жив? Что он где-то там?
— Сайлес так говорит.
— Но без всяких подробностей.
— Он желает тебе только добра, ты же знаешь.
— Ага, конечно. И где он?
Миссис Оуэнс не ответила.
— Ты ведь видела человека, который убил моих родных? Когда меня усыновляла.
Миссис Оуэнс кивнула.
— Какой он?
— Я больше глядела на тебя. Дай подумать… Волосы темные, почти черные.
Мне было страшно на него смотреть. Лицо какое-то резкое. Голодное и злобное, вот что. Сайлес его выпроводил наружу.
— А почему он его не убил?! — рассердился Никт. — Ведь мог, еще тогда!
Миссис Оуэнс тронула сына за руку холодными пальцами."
"— Никт, он же не чудовище.
— Если бы Сайлес убил его еще тогда, мне бы ничто не угрожало. Я мог бы ходить, где хочу.
— Сайлес знает об этом деле больше тебя, больше всех нас. О жизни и смерти тоже. Все не так просто.
— Как его звали? Убийцу.
— Сайлес не сказал. Тогда не сказал.
Никт склонил голову набок и направил на мать глаза — серые, как грозовые тучи.
— А потом?
— Никт, ты ничего не сможешь сделать.
— Смогу. Я учусь. Я могу научиться всему, что нужно, всему, чему сумею. Я знаю про упырью дверь. Умею ходить по снам. Мисс Лупеску рассказала мне про звезды. Сайлес научил молчать. Я умею блекнуть и наводить ужас. Я знаю каждый дюйм этого кладбища!
Миссис Оуэнс коснулась плеча сына.
— Когда-нибудь… — сказала она и запнулась.
Придет день, и она не сможет до него дотронуться. Он их оставит. Когда-нибудь.
— Сайлес сказал мне, что человека, убившего твою семью, звали Джек.
Никт промолчал. Потом кивнул.
— Мама…
— Что, сынок?
— Когда Сайлес вернется?
Полуночный ветер принес с собой холод. Вся досада миссис Оуэнс давно улетучилась. Остался лишь страх за сына.
— Хотела бы я знать, милый мой мальчик. Хотела бы я знать…
Скарлетт Эмбер Перкинс было пятнадцать.
