Кое-где делал пометки на черновике, но молчал.
– М-да. Покрутило вас. Двух сбили?
– Да. Один я. Другой Степанов.
– Понятно, их трудно будет провести по бумагам, но попробуем. Пиши теперь чистый лист.
Переписав все заново, я отдал рапорт начштаба, который внимательно прочитав его, расписался, достал из кармана печать, и хэкнкув на нее, прижал к листу.
– Через полчаса вылет. Ты летишь на «юнкерсе» его уже заправляют и грузят имуществом. Раз нам достался такой подарок то грех не воспользоваться такой возможностью.
– Товарищ капитан, а мой истребитель?
– Ах да. Совсем забыл. Мотор привезли, но поставить не успели, так что твой ЛаГГ вместе с мотором и горючим погрузили на две освободившиеся машины и готовят к эвакуации.
– Ясно, товарищ капитан. Спасибо.
Кивнув, капитан развернулся и вышел из здания столовой. Допив холодный чай, я отдал стакан и блюдце с вареньем Любаше, и побежал в санчасть. Лютиковой, когда я собирался не было, видимо возилась с ранеными, и сейчас я надеялся застать ее.
– Можно? – спросил я заглядывая в ее кабинет.
Марина была там, собиралась."
"– Суворов? Что-то случилось, – спросила она.
– Нет, товарищ военврач. Вот подарок вам, лично снял с тела немецкого летчика, – сказал я протягивая ей желтую кобуру.
– Это с которого? Не с того ли, который на моторе летел? – спросила она с любопытством.
– Ну вот зачем так меня оскорблять? Нет, оружие того летчика у Степанова. Это с пилота «юнкерса».
Подарок она приняла, но от попытки обнять ее и поцеловать ловко увернулась.
Однако это обнадеживало, поэтому я выходя обернулся, и твердо сказал:
– А ведь все равно вы будете моей, – и выскочил, увернувшись от брошенной склянки, которая звонко разбилась.
За время пока я обедал, салон вымыли и привели в порядок. Тела немецкого летчика, как и мешков не было, зато весь салон был заполнен папками, ящиками и другим имуществом. Лавки по бокам были свободны, судя по посадочным местам, со мной летят еще и десять пассажиров. Прикинув грузоподъемность, только вздохнул, взлетать мы будем на пределе.
Как всегда.
Выпрыгнув из «юнкерса» на землю, я осмотрелся. Вдали формировалась автоколонна, где-то там был мой «ястребок». Степаныч, мой механик уже подбегал, доложился об эвакуации, так что тут я был спокоен.
От санчасти, в моем направлении потянулись раненные с личными вещами в руках. Последней шла Марина, неся два чемодана. Увидев ее, я побежал на встречу и перехватил груз. Судя по звяканью и тяжести, там были медицинские препараты.
