Исцеление любовью

Удивлялся свежему запаху ее волос, напоминающему аромат молодой зелени, и тягучей, сладкой напевности ее голоса. И присущей ей страстности натуры.

И ее нежности… Ее руки заскользили по его телу, обвили его талию, притянули ближе.

Иззи снова уткнулась лицом ему в грудь.

Значит, она совсем успокоилась.

– Если возможность заметить то, что раньше упускал, – лучшее, что есть в слепоте, что же тогда худшее? – спросила она.

Господи, да претендентов на такую честь – сколько угодно. Иззи могла бы и сама догадаться о многих.

– Ненависть к неожиданностям, – удивил самого себя признанием Рэнсом. – Теперь я раб привычек и порядка. У меня в голове хранится карта каждой комнаты этого дома, каждого стола. Мне приходится класть каждый предмет именно туда, где я взял его, иначе потом я его не найду. Чувствую себя старым брюзгой, которого неожиданности только раздражают.

– А я стала как раз такой неожиданностью, – подсказала Иззи.

– Вдобавок начала менять установленный порядок. Менять расположение всего, что ты уже нанес на мысленную карту.

Иззи подняла голову.

– Теперь я понимаю, почему ты гнал меня прочь из замка. Я была неприятным сюрпризом. Ты, наверное, сразу возненавидел меня.

Он дотронулся до ее щеки пальцем.

– Нет, ненависти к тебе во мне не было.

– Если поначалу и не было, то теперь для нее есть причины. Рэнсом, пожалуйста, поверь мне. Я прошу прощения: за письмо, за замок, за леди Эмили.

– Гуднайт, мы заперты вдвоем в тесном и темном пространстве. Пока что мы держимся вполне достойно. Но лучше не напоминать мне о том, как много у меня причин досадовать на твое присутствие и презирать все, чем ты так дорожишь.

– Хорошо. – Она глубоко вздохнула. – Но если подумать, нам, пожалуй, незачем ждать, когда нас спасут. Должен же быть где-то здесь скрытый засов.

– Нет, придется мне самой. – Иззи поерзала на своем месте. – Нам стоило бы занять такое же положение, как до поворота стенной панели.

Рэнсом послушно принял прежнюю позу, приподняв Иззи за бедра и чувствуя себя глупо. Неужели он и вправду держал ее вот так? С широко раздвинутыми ногами, сунув между ними руку, требуя назвать его по имени, чтобы потешить свое уязвленное самолюбие?

Да. Видимо, так все и было.

– Сейчас посмотрим… – бормотала Иззи. – Как же это?.. Ах да.