Исцеление любовью

 – Полагаю, иначе и быть не могло.

В ответ Иззи лишь улыбнулась. С давних пор она привыкла высказываться с осторожностью, беседуя с почитателями отцовского таланта. Лорд Арчер и подобные ему вовсе не желали видеть Иззи взрослой женщиной с ее собственными симпатиями и антипатиями, мечтами и желаниями. Им хотелось, чтобы она оставалась ребенком с широко распахнутыми глазами, большой любительницей сказок. Так они могли читать и перечитывать любимые истории, представляя себя на месте Иззи.

В этом и заключалась притягательность «Сказок на сон грядущий».

Устраиваясь почитать очередной выпуск из тех, которые выходили раз в неделю, читатели чувствовали себя как под уютным и теплым стеганым одеялом. Над их головами на потолке поблескивали серебряные луны и золотые звезды, а отцовская рука ласково гладила волосы, разметавшиеся по подушке. И каждый читатель ждал знакомого и неизменного обещания:

«Погаси свет, голубушка Иззи, и я расскажу тебе такую сказку…»

На самом деле детство Иззи было отнюдь не сказочным.

Но если бы она призналась в этом – о, как возненавидели бы ее! На нее посмотрели бы так, словно она оборвала крылышки последней настоящей фее во всей Англии.

Лорд Арчер присел на подлокотник дивана и доверительно наклонился к Иззи.

– Вам, должно быть, постоянно задают одни и те же вопросы… но племянницы удавят меня прыгалками, если я хотя бы не попытаюсь. Скажите, ваш отец случайно не…

– Нет, милорд, – улыбка Иззи стала натянутой. – Я не знаю, как Крессида сбежала из башни.

И, к сожалению, понятия не имею, кем был на самом деле Рыцарь-Тень.

– Так Ульрик по-прежнему висит, уцепившись за парапет башни?

– Насколько мне известно, да. Прошу меня простить.

– Не беспокойтесь. – Он добродушно улыбнулся. – Вы ни в чем не виноваты. Должно быть, эта неизвестность мучает вас больше, чем кого бы то ни было.

«Вы даже не представляете насколько».

Неизвестность и вправду не давала покоя Иззи. Те же вопросы ей задавали постоянно – и при личных встречах, и в письмах.

Когда ее отца сразил апоплексический удар, рассказ прервался на самом интересном месте. Любимые персонажи читателей остались в опасном положении самого разного рода. Одни были заперты в высокой башне, другие болтались над бездной.

Но самым отчаянным оказалось положение Иззи. Она лишилась всего, что имела, была изгнана из своего единственного дома, но никому и в голову не приходило поинтересоваться, как живется ей самой.