Иудея Христа. Рождение новой веры

Исключение составила лишь область искусства, да и то потому, что иудаизм запрещал любые изображения живых существ (из опасения, что они могут быть превращены в языческие кумиры). Евреи оказались не просто чужаками, которые считали свой монотеизм выше эллинистического язычества, они были слишком успешными чужаками, чтобы их можно было терпеть. Неприязнь к иудеям вылилась в первый погром в Александрии в 38 г., когда местные евреи отказались поклоняться статуе Гая Калигулы.

Греко-римский мир видел в иудаизме чуждую ему религиозно-философскую систему и испытывал перед ней некоторую «неполноценность».

Эллинистическим авторам было неприятно сознавать, что существует другая культура, куда более древняя и универсальная, нежели эллинизм, основанный на язычестве. Не будучи в состоянии идейно победить иудаизм, многие греко-римские писатели прибегали к иному способу борьбы с ним – к искажению постулатов еврейской религии и откровенной клевете на нее.

Неприятие эллинистического язычества, обособленность и материальное преуспевание евреев навлекли на них враждебность греко-римского общества и породили такое явление как античный антисемитизм.

Он возник одновременно с еврейской диаспорой и задолго до появления обвинений в распятии Христа.

На пороге катастрофы

После смерти иудейского царя Агриппы I и восстановления прямого римского правления в 44 г. страна стала быстро скатываться к состоянию, близкому к гражданской войне. Главной причиной нараставшего кризиса стало повсеместное разорение крестьян и ремесленников из-за резкого увеличения налогообложения.

В годы власти императоров Клавдия (41–54 гг.) и Нерона (54–68 гг.) сроки правления прокураторов в Иудее были существенно сокращены, поэтому каждый новый римский чиновник, назначенный на этот пост, старался обогатиться как можно быстрее и любыми средствами. Безмерная алчность и взяточничество прокураторов создали атмосферу беззакония и произвола, в которой было невозможно выжить мелкому собственнику. Десятки тысяч людей, разоренных бесчисленными поборами, уходили вместе с семьями в горные и пустынные области страны, где присоединялись к отрядам зелотов, боровшихся против римлян и их местных приспешников. Ситуация еще больше ухудшилась, когда завершилось строительство Иерусалимского Храма, начатое при Ироде Великом, и более восемнадцати тысяч рабочих остались без куска хлеба. Денег на общественные работы в прежних масштабах не было, и многие бывшие строители нашли себе пристанище у тех же зелотов.