Сказано — сделано! Написала записку, запечатала, отправила Веру с запиской к Семену, ее приятелю с конюшни. Пусть отвезёт послание, да потом скажет, сколько по времени ехать до Федоткино. А меня ждал огород. Точнее, это я туда стремилась попасть.
За невысокой оградой раздавались женские голоса и солидный бас плотника Архипа, я велела ему прийти сюда. Собственно, гряды были уже готовы, можно было и сажать. Только пришлось постоять над душой у огородниц, чтобы они все сделали верно. Вначале Архип с помощниками устроил из досок ограждение для гряд, чтобы не отсыпалась земля и расплывалась во все стороны при поливе.
Затем Архип выдал им два колышка и кусок веревки и учил огородниц, как ровно отбить посадочные рядки. Бабы искренне недоумевали, зачем это надо? Сажали раньше, как получится, и хорошо же было? Но противиться не смели. Потом удивлялись новому способу посадки, раскладывая по ряду ленты с наклеенными семенами моркови. Когда закончились ленточные семена, в ход пошли дражированные.
Бабы ахали.
— Конешно, чё ж так не садить! Чисто баловство, а не работа! И чё тока не придумают там, в столицах-то!"
"Посеяли и местные семена, земли хватало на все. Тут бабы сразу почувствовали разницу между моими семенами и здешними. Охали — нельзя ли и эти семена такими сделать? Тут я им вряд ли помогу, сама не знаю, как это получается. Хотя… то ли в крахмале обваливают, то ли в ручном клейстере, но не уверена. Оставался ещё приличный кусок земли, вот там я и велела Архипу сооружать будущие парники.
Бабы недоумевали — а куда же репу сажать? Нет уж, нужна репа — пусть на поле за оградой сажают!
Притащилась домой, плюхнулась в кресло, вытянув ноги. Думала, все на сегодня, можно отдыхать. Но не тут-то было! Опять отличился Хася.
Глава 25
Вначале послышались громкие голоса, приближающиеся со стороны служебного хода, потом возмущенный голос Трофима, затем уже более четкие женские крики, переходящие временами в вой.
Сквозь приятную дремоту, в которой я пребывала в гостиной, расслышала:
— Матушка, Катерина Сергеевна! Барышня, помоги! Напасть-то какая!
Господи, что ещё могло случиться? Я резвой корочкой подскочила с кресла, хотя до этого с кряхтеньем, как столетняя бабка в нем устраивалась, сунула ноги в те же самые чуни и выскочила в холл. Там стояли три деревенские бабы и рассерженный Трофим, кышкающий на них, как на шкодливых кур.
