Онлайн-библиотека книг
Зачем вешать его на прежнее место?
– Может быть, портрет повесил вовсе не он, – отозвался Опалин. – Может, тут замешан еще кто-то. Что ты думаешь об этом Кирилле Снегиреве?
– Что тут думать? Забитый он. Влюбился в Дашу, но она себе на уме. За нищего она не пойдет. Да даже если бы она и хотела, ей отец не позволит. Кузнец – он такой.
Иван потер глаза. Он чувствовал, что его клонит в сон, и еще – он сознавал, что безнадежно проштрафился со своей ловушкой для призрака. Ни на шаг вперед он не продвинулся в расследовании.
– А ты, Ваня, молодец, – неизвестно к чему добавил Платон Аркадьевич. Опалин, которого хвалили редко, невольно напрягся. – Другой бы арестовал Кирюху да попытался бы все свалить на него. А ты не стал. Думаешь, ищешь… Это хорошо.
– Мои товарищи в Москве серьезными делами занимаются, бандитов ловят, – проворчал Иван, исподлобья глядя на собеседника.
Он безнадежно махнул рукой и шагнул к двери.
Глава 18
Визитеры
– У Пантелея-то, Кирюха-то, слышали, чего учудил?
– Ну?
– Ночью в усадьбу залез.
– Ай, ай!
– А там энтот! С пистолетом! И как начнет палить…
– Убил?
– Не, не убил. Промахнулся.
– Ай, ай!
Матушка Анастасия всплеснула руками.
– Кроликов-то возьмете? Смотрите, только вам предлагаю! А то другие возьмут, охотников много…
Но жена священника дипломатично ответила, что у них и с курами хватает хлопот, и отправилась дальше.
В лавке ей сообщили историю ночного приключения Кирюхи – с той только разницей, что московский агент стрелял в него и попал не то два, не то три раза, так что племянник Пантелея теперь лежит раненый. Кроме того, вчера комсомольцы устроили у гробовщика собрание с демонстрацией фильмов и обличением отца Даниила как нетрудового элемента и паразита рабоче-крестьянского класса.
– Ах, ах, что творится, – сказала матушка Анастасия, качая головой.
