Иван Пырьев. Жизнь и фильмы народного режиссера

Это картина колоссального действия… И не трудно себе представить, тот настоящий народный восторг, с которым эта картина должна пройти во всем мире. Надо не забывать, что такое Сибирь. Сибирь – это понятие исторически давно существующее, это было то самое знаменитое пугало, которым пугали всех, вплоть до пленных фрицев.

Сибирь – это символ России, это – Азия. А здесь – образ советской Сибири, необычайной мощи и красоты. То, что Сибирь так решена сценически и режиссерски, это, по-моему, говорит о том, что мы еще недооцениваем силу образного воздействия этой картины.

И то, как показаны наша страна, наш народ без всякой дидактики, это производит настолько радостное впечатление, что политическая мысль картины здесь существует не в отрыве, не отдельно, а совершенно органично. Здесь нет такой политической темы, которая должна работать сама за себя, но она пропитывает всю картину.

Затем принципиально важно преодоление жанровых условностей. Такую картину никто не может сделать. Мы часто говорим о преимуществе советского искусства перед буржуазной кинематографией, но иногда декларации, не подкрепленные фактами, остаются мало убедительными.

Но тут можно прямо сказать, что им такое и не снилось по цельности восприятия жизни, по высокой культуре, которая есть в этой картине… Это не лежит рядом с теми их картинами, которые мы видим. По силе, по организованности, по мощи этого дела – это великолепно, причем мы видели, что в этой области и хорошие мастера терпели поражение. Это же настолько цельно, настолько неопровержимо, что чувство гордости за советское искусство овладевает, когда смотришь картину. Это очень радостное чувство и будет жаль, если наша критика, вместо подробного анализа картины, ограничится только констатацией фактов…»

После «Сказания о земле Сибирской» мне снова захотелось вернуться на колхозные поля Украины, к героям моих прошлых лент и сделать веселый, музыкальный, красочный, яркий по цвету фильм, который дал бы зрителю радость и отдых.

«Богатую невесту» отделяют от «Кубанских казаков» более десяти лет.

За это время в колхозной жизни произошли огромные перемены. Изменились люди, прошедшие через суровые испытания Отечественной войны, выросла их духовная культура, другими стали их интересы, потребности и быт. Механизация сельского хозяйства, по сравнению с довоенной, достигла большого совершенства. На обширных полях стали работать новые машины, новые агрегаты. Вот обо всем этом мне и хотелось рассказать в своей новой картине.

«Кубанские казаки».