Из моего прошлого, 1903–1919 гг.

В согласии Франции у него нет ни малейшего сомнения, так как он ведет почти ежедневную переписку с Нетцлиным, условился с ним даже тотчас после моего выезда из Парижа относительно типа и размера займа и думает, что Нетцлина ему удастся убедить в самом близком времени приехать сюда для окончательных переговоров. Он прибавил, что очевидно опять придется ехать заграницу мне, но что эта поездка будет простой прогулкой, так как он все настолько подготовил, что мне останется только подписать готовый контракт, во всем согласованный с международным синдикатом, с Морганом во главе.

Я собирался уже было уходить, как Гр. Витте остановил меня и сказал, что имеет сделать мне предложение не только от своего имени, но и от Государя, давшего ему разрешение уговорить меня Его именем. Он предложил мне занять место Государственного Контролера.

Я тут же наотрез отказался, объяснивши ему всю несообразность такого предложения после того, среди каких условий покинул я Министерство Финансов, и просил не настаивать на этом и даже освободить меня от необходимости приводить лично Государю мои основания к такому отказу.

Казалось, он был даже доволен моему отказу, но на другой день, в воскресенье, приехал совершенно неожиданно ко мне и в течение целого часа всячески настаивал на том, чтобы я принял это предложение и сделал угодное Государю. Я на это снова не согласился и предложил испросить личную аудиенцию у Государя, чтобы привести мои основания, в твердом убеждении, что Государь их поймет и не осудит меня.

На это Гр. Витте не пошел, весь вопрос канул в вечность, а потом, уже в половине апреля, когда мне привелось снова видеть Государя, Он сказал мне, что был вполне уверен, что я не приму назначения, и даже сказал об этом Гр. Витте, прибавивши, что как же он зовет меня в Контролеры, когда так недавно настоял на невозможности назначить меня Председателем Департамента Экономии из-за моего неуживчивого характера.

Весь февраль месяц ушел на участие мое в Совещании под председательством Государя по пересмотру положения о Государственной Думе, по изменению Учреждения Государственного Совета, в связи с новыми положениями Думы, и по согласованию с этими положениями Основных законов.

Из всех заседаний этого время особенно свежими в памяти остались у меня два заседания: 14-го и 16-го февраля.

В первом из этих заседаний Гр. Витте с особенною настойчивостью доказывал недопустимость у нас публичных заседаний Думы и Совета.