Из моего прошлого, 1903–1919 гг.

Мы отошли незаметно в сторону, и он обратился ко мне со следующим неожиданным сообщением: «Сегодня утром Государь позвал меня и поручил мне передать Вам Его недовольствие на то, что Вы говорите здесь крайне неблагоприятно про Военного Министра, так как этим Вы подрываете его авторитет. Вы понимаете, как мне приятно исполнять такое поручение!»

Я не успел ничего расспросить у него, так как Государь и Великие Князья приближались к нам, и вскоре затем государь дал мне знак, чтобы я последовал за Ним.

Мы вошли в нижний кабинет. Как ни в чем не бывало, Государь сказал мне, что вернул все утвержденные Им доклады, спросил, не решился ли я еще «погостить» здесь денек-другой, и на отрицательный мой ответ сказал в самом ласковом тоне: «Я вас очень прошу, Владимир Николаевич, сделать все возможное, чтобы прошла в Думе морская программа. Даю Вам полную carte blanches в выборе средств и способов и, хотя Я уверен, что Вы и без Моих слов употребите все Ваше влияние на членов Думы, но все же скажу Вам, что этим делом Я интересуюсь больше всего и очень, очень рассчитываю на Вас».

После этих слов Государь видимо хотел уже проститься со мною, но я спросил Его, не могу ли еще отнять несколько минут времени, или если это неудобно по случаю дня именин Императрицы, то не может ли Он назначить мне другое время, хотя бы разрешивши мне отложить на один день мой отъезд.

Тем же благодушным тоном, Государь ответил мне: «Сколько хотите; теперь мне даже совсем нечего делать, Императрица утомлена и Я никого более принимать не стану».

Я передал тогда буквальные слова Фредерикса и попросил Государя сказать мне откровенно, чем именно вызвал я Его первое неудовольствие почти за 8 лет моего Управления Министерством, так как по совести могу сказать, что о Генерале Сухомлинове я здесь дурно не отзывался и ограничился самым беспристрастным пересказом того, что случилось в Думе и перешло даже на столбцы ялтинских газет.

Я прибавил при этом, что, избегая всяких осложнений, я не доложил об этом столкновении Его Величеству, дабы мой доклад не был принят за желание повредить Военному Министру, но не считал себя в праве не отвечать на прямые вопросы двух Великих Князей и не изложить им просто фактических сторон дела.

На это Государь ответил мне буквально следующей: «Вот Вы и обиделись В. Н.