И, в принципе, даже если Алиса не желала общаться со своим отцом, его желание удостовериться, что она в безопасности, можно было понять.
Он быстро прикинул, что может убедить папашу. Понятно, что не документы. Во дворце в коридорах стояли камеры, но доступ к записям он бы получал до завтра, да и что они покажут? Алиса прошла туда-обратно пару раз. Нет, надо что-то… О! В тот вечер, когда Алиса м Хотон-хон пили и пели в Долхоте, он ведь украдкой записал на видео пару песен — для личного пользования.
Молча вытащив телефон, он быстро нашёл тот ролик. Ни разу ещё не открывал с момента записи — слишком боялся, что с ним сделает напоминание, какой Алиса может быть, когда музицирует не из-под палки. И не зря боялся. Стоило первым словам песни зазвучать, как перед глазами всё поплыло, и вместо жалкой каюты на Прерии Эндан очутился снова в своём кабинете, вдыхая аромат имбиря и сладкого цитруса на веснушчатой коже, слышал нежные тоненькие ахи и охи, чувствовал робкие прикосновения к спине и плечам…
— Голоса нет, а туда же, — вырвал его из мира грёз помрачневший Романов.
Эндан чуть не врезал ему — и за то, что прервал воспоминания, и за то, что стоял рядом, пока они оживали в памяти, и за пренебрежение к тому, что для Эндана было чистым чудом. Но стоило вспомнить, как он сам обошёлся с Алисой, и весь праведный гнев улетучился: какое право он имел за неё заступаться, если не уберёг её от себя?
— Да что б ты понимал! — огрызнулся он.
Романов наставил на него внезапно пронзительный взгляд.
— А ты сам что понимаешь? Ты вообще какое отношение к ней имеешь?
— Я… помогал ей решать некоторые формальные вопросы, — выдавил Эндан. — В частности, вопрос вашей эвакуации с Тигрэна. Правда, с последним она справилась практически сама, так что благодарите её. У вашей дочери уникальный талант, и не один, и если вы этого за столько лет не заметили, значит, вы слепой или тупой, а на моей планете такие не выживают! И я не знаю, как вы с Алисой обращались, но от одного упоминания вашего имени она вздрагивает и прячется, и поэтому, пока я жив, вы к ней не приблизитесь и на сотню световых лет.
Понятно⁈
Кажется, под конец голос Эндана звучал как-то истерично, но Романов всё-таки попятился.
— Я тебе так просто её не отдам, — заявил он, но негромко, словно с опаской.
— Она уже тебе не принадлежит, — прошипел в ответ Эндан. — Но попробуй, побейся в стену, я полюбуюсь.
