Из западни

Вы и Виккерс – это мой интерес. Персональный. И я лично контролирую весь процесс. Вам напомнить истории Митчелла или Берда?

– О, я, конечно, в курсе…

– Вот и не упускайте свой шанс. Что вы думаете, скажем, об участии в реконструкции Кронштадского и Севастопольского портов и их адмиралтейств? А также Адмиралтейского завода и Галерного островка со слиянием и акционированием обеих этих верфей?

– Это громадные проекты.

– Да. И деньги тоже громадные. Одних новых доков не менее шести. Плюс вся прочая инфраструктура… Но все равно не дороже проигранной войны, разве не так? Вы в Киле и Вильгельмсхафене давно были? А в Гамбурге?

– Весьма впечатлило…

– В Америке вы тоже недавно были.

А знаете ли, что господин Рузвельт не так давно заявил французам? Что он встанет на сторону Японии военной силой, если Париж рискнет действенно поддержать нас.

– Нет, не знал, ваше величество.

– Получается, что если не сегодня, то в будущем возможны и такие сверхъестественные комбинации. И, пожалуй, цена перестраховки ниже, чем…

– Даже противоестественные, я бы сказал.

Надеюсь, мы поняли друг друга, любезный Василий Васильевич. Ну что же, нас зовут. Пойдемте к детям, похоже, для нас что-то забавное затевают. Вы давно не были в домашнем театре?

Поздним вечером 9 июня к двери в кабинет вице-адмирала Макарова осторожно подошел флаг-офицер командующего лейтенант Михаил Александрович Кедров. Осторожно потому, что не только время было уже к полуночи, но и сам Степан Осипович был, мягко выражаясь, не в духе. Часа полтора как закончилось очередное бурное совещание с портовым начальством, кораблестроителями и офицерами штаба.

Увы, ни Линдебек, ни Кутейников, ни Вешкурцев ничего утешительного по поводу перспективы скорого избавления эскадры от блокировавшей проход в гавань туши японского броненосного раритета пока не предложили.

Обследования корабля водолазами подтвердили худшие опасения – бортовые отсеки на протяжении почти двух третей длины корпуса были забетонированы, а клинкеты и вентили клапанов затопления повреждены так, что любые попытки их закрытия в штатном режиме исключались.

За прошедший месяц все тяжести, которые можно было снять с броненосца, были уже на берегу, сейчас водолазы с помощью взрывов пытались обеспечить возможность извлечения деталей машины и котлов. Однако все до сих пор предложенные и рассмотренные способы окончательного извлечения «Фусо» упирались в необходимость потратить на это еще месяца три-четыре, которых у артурской эскадры просто не было.