Из западни

Он долго жил в одном местном монастыре и даже учился их умениям самообороны без оружия. В диких местах, сами понимаете, это важно… Она моя первая книга по французскому и оказалась. Так вот, уча иностранный язык, изучал попутно и приемы схватки без оружия. Наверно, отсюда и интерес родился. Потом все, что попадалось на эту тему, впитывал уже как губка, запоем… И что уж греха таить, благодаря некоторым особенностям характера, быстро проверял на практике… Ну, и тренировка регулярная, конечно. Тело должно работать на рефлексах.

Мышцы и суставы необходимо регулярно и правильно нагружать. Минут сорок в день – это самый минимум. Без этого никак.

– Ну, мой дорогой, тогда за ваш характер еще по одной! И за отца с дедом! – Макаров, улыбнувшись, поднял свой стаканчик, после чего продолжил: – А вы как свою особую роту, ту, что на Хамамацу водили, по этим же принципам тренируете или просто отобрали народ позадиристее?

– Степан Осипович, я ведь на эту тему как раз хотел предложить вам…

– Знаю. Мне Руднев телеграфировал, когда вы еще в тылу у Оку были.

Тут и обсуждать нечего, друг мой, считайте, что я на вашей стороне всецело. Готовьте предложения по морской пехоте и этим вашим специальным частям. Я прочитаю, да и подумаем, как людей подобрать, как все ускорить и правильно оформить… Пока нас всех тут не перетопили, как слепых котят в ведре… – Макаров вдруг помрачнел и тяжело вздохнул: – Мы вот сами-то здесь опростоволосились. Сидим теперь и всем флотом с крепостью удумываем, как эту кость железную из глотки вытащить. Но и японцы молодцы, надо отдать им должное… Будь он трижды неладен этот их «Фусо»! И мал ведь кораблик, но как бы все ваши геройства напрасными не оказались. Без флота их у Нангалина не удержать. Высадят еще дивизий пять, а то и поболее, и не выстоять вам, даже если все, что у Фока и Кондратенко есть, на перешеек двинем, даже если с кораблей часть народа снимем. Задавят числом. А на то, что Куропаткин ударит, уж и надеяться перестал. Они там, в Ляояне да Мукдене, не верят, что мы крепость удержим. По секрету говорю… Короче, никто из этой клетки нас не вытащит, кроме нас самих. А получается пока из рук вон плохо…

– Степан Осипович, извините, что перебиваю, но можно я сразу доложу свое поручение от Всеволода Федоровича, в том числе и касаемо этого японского утопленника? Этот момент контр-адмирал Руднев счел особо секретным, поэтому телеграфу доверить не мог. Расскажу вам все сразу, чтоб не забыть ничего.