Из западни

Где искать? Пустыня большая…

Этих трех суток хватило штабу нашего отряда на то, чтобы после оживленного обмена шифротелеграммами с Санкт-Петербургом принять решение. Без захода в греческий Пирей мы пошли к Порт-Саиду. Но информацию о том, что мы направляемся именно в Пирей, мы на берегу распространили. Кроме того, мы приняли с «немцев» наши бронебойные снаряды. Они, как оказалось, были секретно загружены в Киле. Планировалось перегрузку осуществить в Пирее, но поскольку все практические снаряды мы уже благополучно расстреляли, адмирал затягивать с этим не стал.

«Суффолк» и держащийся у него в кильватере «Камберланд» были на ходу, поджидая нас при выходе в море из Бизертского озера. Учитывая стесненное положение наше в узости, адмирал приказал, на всякий случай, пробить артиллерийскую тревогу. Когда просвещенные мореплаватели увидели, как ожили в нашей носовой башне 12-дюймовки, как повернулась на левый борт сама башня, попутно проведя через прицелы оба их крейсера, а на фор-стеньге «Наварина» пополз вверх до половины красный флаг, они резко отвернули и, не произведя положенного салюта, отдалились к горизонту.

Англичане хорошо знали наши обычные маршруты в Средиземном море. Из Бизерты русские корабли обычно шли в Мессину, а оттуда в Грецию. Поэтому надо думать, что на их мостиках родилось некоторое удивление, когда там поняли, что курс наш проложен прямо на Мальту! Но еще больше там должны были удивиться с рассветом, когда обнаружили на этом курсе только три усердно дымящих германских парохода.

Мы же за ночь, спустившись строго на юг миль на семьдесят, вышли к группе необитаемых скалистых островков у побережья Триполитании, где без лишних соглядатаев провели боевую стрельбу по берегу. Результаты разрывов двенадцатидюймовых и девятидюймовых фугасов были впечатляющими. Снарядов, не давших разрыва, по нашим подсчетам не было.

Адмирала итог учения вполне устроил. Комендоры и вся башенная прислуга получили «Особое благоволение» командующего, лишнюю чарку и по пять рублей премии. Старшие артиллеристы броненосцев тоже были премированы, как и плутонговые офицеры. Нам были вручены новые германские бинокли с памятными табличками «За отличную стрельбу. Броненосец „Наварiн”».