Из западни

И знаете что, Михаил, если вы не возражаете, давайте-ка мы пока на эту тему закончим. С меня на сегодня уже хватило. Понимаю, что вы устали очень, но все-таки попрошу: вы мне тезисно постарайтесь набросать на бумаге то, что вы мне сегодня и вчера рассказали, чтобы я мог хорошенько подумать по каждому пункту. Совсем не хочется ошибаться. Совсем…

– Обязательно сделаю… Однако можно я закончу свою мысль, ваше величество?

– Конечно. Слушаю, Михаил.

– Вам необходимо не откладывая брать под контроль земство. Не на словах, на деле.

И взваливать на земские органы решение крестьянского вопроса наравне с правительством. Кроме Петра Аркадьевича, я прошу вас вызвать князя Вяземского. Он – лучшая кандидатура из всех имеющихся. Если во главе Земства вам удастся поставить его, при Столыпине во главе правительства и Дурново в роли начальника полиции, все предпосылки к недопущению назревающей смуты на селе у России будут.

– Хоть и обижен князь на меня, но раз вы говорите…

– И, кроме того, государь, не плохо бы было заручиться еще и поддержкой графа Льва Николаевича Толстого.

Или хотя бы разъяснить ему суть задуманного в отношении села, для начала. Несмотря на его странности последних лет, авторитет в обществе у него огромный.

– Думаете, он поймет? Сомневаюсь я очень. По-моему, это все уже старческое…

– Полагаю, что попытаться стоит.

– Ну, что с вами поделаешь. Значит, поедем в Ясную Поляну в ближайшее посещение Москвы. Вызывать сюда человека в таких летах – неправильно.

С этого дня дело, наконец-то, пошло на лад.

Осознав мрачные перспективы политики «страуса на троне» и уяснив, что уже к 1920-м годам в мире не останется ни одной неограниченной монархии среди развитых стран, Николай скрепя сердце решился на введение основ парламентаризма.

Причем последней каплей, добившей его нет-нет да и прорывавшиеся сомнения, стал приватный разговор с Менделеевым в середине мая, когда они тет-а-тет обсуждали перспективы реформы образования. Вызванный императором на откровенность, Дмитрий Иванович спокойно и рассудительно констатировал, что неограниченная, самодержавная власть подходила лишь для управления в массе своей серым и необразованным обществом.

Но сейчас к станку или за сельскохозяйственный комбайн людей тупых и безграмотных уже не поставишь. Да и управление механизмами броненосца или авто не доверишь. Равно как их строительство и обслуживание. Поэтому без резкого повышения образовательных стандартов дальше России не прожить.