Из рассказов Харелта и прочитанных книг я знала, что он лишился руки в первой битве за Сеогх Даонна. Но ему изготовили новую.
Чуть рыжеватые волосы Нуаду были убраны от лица в две косы, а свободные ниспадали, кажется, до середины спины. Его черты, как для могучего воина, были удивительно правильными, словно вышли из-под резца умелого мастера. И отсветы заката чуть смягчали их, придавая обманную доброжелательность. Но стоило только посмотреть в его глаза, как сразу становилось понятно, что благосклонности этого сидхе добиться очень непросто.
"
"РЯДОМ с правителем сидела строгая женщина совершенно неопределённого возраста. Ей могло быть и двадцать, и сто двадцать лет. Ведь сидхе, особенно высшие, живут невероятно долго. Она пытливо рассматривала меня, храня совершенно невозмутимое, даже чуть отрешённое, выражение лица. Сегодня я уже видела такой взгляд — у всадника, что встречал нас в долине. И её волосы, струящиеся по плечам и спине мягкими волнами, были того же серебристо-пепельного цвета. На миг мне даже представилось, что она может быть мне дальней или не очень дальней родственницей.
Только теперь я уже сомневалась, что хочу знать это наверняка. Уж больно непростые у меня получаются кровные связи.
— Я предвидел эту встречу,- проговорил Нуаду, кажется, не так и громко, но его голос звонко пронёсся вдоль зала и эхом дрогнул где-то в вышине свода.
— Но, как это и принято у сидхе, не стал ни о чём предупреждать, — холодно проговорил Всадник, останавливаясь перед ним.
Я встала рядом, сложив перед собой руки.
И лёгкое льняное платье, щедро украшенное серебристой вышивкой, вдруг стало казаться ужасно неудобным.
— Мы не желаем влиять на судьбу людей без особой необходимости. — Король пожал плечами, показалось,чуть раздражённо стукнув пальцами по подлокотнику в виде волчьей головы.
— Понимаю, иначе сейчас всё сложилось бы по-другому, — усмехнулся мой муж.
А Нуаду вдруг задумчиво посмотрел на меня.
— Значит, ты, дитя, приходишься нам родной кровью? Твоя мать — внучка одного из братьев моей жены Немаин.
— Он указал взмахом серебряной руки на супругу.
— Я не знала о своей матери почти ничего. А то, что знаю теперь, меня едва ли радует.
Мы вновь встретились с королевой взглядами.
— Я расскажу тебе, что смогу,-ответила та ровно. — Что знаю.
И у меня даже в спине похолодело от мысли, что придётся разговаривать с этой величественной женщиной, Богиней войны, что сеяла смуту в стане врагов и поднимала боевой дух воинов, которым покровительствовала.
