Я пыхтела, силясь ещё за ним поспеть, молча поругивалась на себя, на его слишком быстрое высочество и на это недоразумение-шутку Мхадаха, благодаря которой мои ноги теперь будут явлены половине жителей Сеоха, когда они сюда доберутся. Вот уж отец будет негодовать — даже представить страшно.
— Дайте руку, — неожиданно прозвучало впереди.
Я взглянула на принца, который стоял, глядя на меня сверху вниз, затем на протянутую мне ладонь. Сколько раз ещё сегодня я вынуждена буду принять помощь этого заносчивого руэльца?
Но он потащил меня дальше гораздо быстрее, и скоро мы выбрались на вершину плато.
Вышли на просторную равнину из тщедушного лесочка, что рос вдоль берега, и меня словно бы затопило солнцем. Бугристый простор, залитый золотом увядающего разнотравья, убегал вдаль, усеянный островками рощиц, и какая из них нужная, мне оставалось только гадать.
Я лишь немного огляделась, перевела дух после долгого подъёма, и Атайр повёл меня дальше. Сколько же в нём силы? Он устаёт когда-нибудь вообще?
— Далеко нам идти, ваше высочество? — всё же уточнила я.
— Нет. Уже нет. — Его немногословности позавидовал бы любой камень.
И, кажется, в помощи принца уже не было надобности, а отпускать мою руку из своей он не поторопился. Высокая, уже созревшая трава мягко скользила по оголённым икрам, пока мы шли до тенистой дубовой рощи, которая росла и ширилась тем больше, чем ближе становилась. Ветер трепал на мне мешковатую тунику, но, разогретая быстрой ходьбой, я уже перестала замечать прохладу. Даже волосы почти высохли.
— Вам ничего не кажется странным? — вдруг спросил Атайр, когда мы чуть приостановили шаг перед входом на ведущую вглубь рощи тропку.
— Нет. — Я пожала плечами. — А должно?
В конце концов, я тут не бывала ни разу, чтобы судить, что обычно для этих мест, а что нет. Разве что тихо очень, мысли в голове гулкие — и этот ошеломительный простор наполняет меня просто огромной силой. Но, может, так и должно быть? Всё-таки рядом святилище.
Но высказать свои соображения Атайр не успел. В затенённой чаще что-то затрещало, затопало, я повернула голову в ту сторону и успела-таки увидеть среди толстенных, в несколько обхватов, дубовых стволов тёмную, словно провал пещеры, фигуру всадника в капюшоне.
Он неспешно выехал на дорожку перед нами, остановился в задумчивости и, развернув коня, степенно удалился.
Сколько ещё раз мне придётся с ним встретиться, чтобы перестать покрываться гусиной кожей от одного его вида?
— Вы же не хотите сказать, ваше высочество?..
