Каррина солгала на собрании отряду, и он не знал, стоит ли похвалить шпионку за предусмотрительность? Или быть настороже, раз она так легко жонглировала важной информацией?
— Завтра ночью в Кэррей доставят сокровища из королевской казны Даркайна, — прошептала ему Каррина на прощание перед уходом в город. — Имперские псы будут замаскированы под обычных торговцев, везущих товар на продажу в Кэррей. На самом деле, это лишь отвлекающий манёвр, среди них будет и Следопыт. Не верь гербовым бумагам, Иль Кан.
Уничтожь отряд, ценности можешь забрать с собой. И никому не слова, особенно северянам! Ходит слух, что у тирана в Кэррей есть даркайнские шпионы.
— Мунхо и Дарран — приближённые Главы Воинской Школы, — возразил Иль Кан. — У меня нет причин им не доверять.
— У тебя нет, — согласилась с ним Каррина. — Но их могут использовать в корыстных целях. Как думаешь, станут ли они сомневаться, если их землякам понадобится помощь?
Иль Кан не нашёлся что ответить и промолчал. Понятия верности и взаимовыручки были слишком сильны у выходцев из Воинской Школы.
Распрощавшись с Карриной, он выдохнул от облегчения: общество шпионки его тяготило. Генерал был обязан ей и ненавидел себя за это.
“Продержаться до конца зимы и покинуть Кэррей”, — думал он, с нетерпением ожидая предстоящую ночную битву. — “И наши жизни уже не будут зависеть от благосклонности Каррины.”
Не без труда он нашёл точку, указанную Карриной, и присмотрел себе место для засады, откуда был виден большой отрезок дороги.
Внутренний голос его не тревожил, и даже голова перестала болеть, давая возможность Иль Кану сосредоточиться на предстоящей атаке.
В его мыслях невольно возник образ Элены. Даже будучи испуганной вспышками злости генерала, она не пыталась бежать и не жаловалась на него Ханн и Каю. В какой-то момент он поймал себя на том, что хочет уснуть, чтобы вновь увидеть её в своих объятиях.
Иль Кан помотал головой и тихо выругался."
"“Почему я думаю о ней вместо того, чтобы сконцентрироваться на деле? Что в ней такого особенного? Да, Элена симпатичная, смелая, местами даже забавная.
Но в Имперском Дворе любая красавица мечтала оказаться в моей постели! Если бы только они были мне интересны: пустые, глупые, завистливые. С ними даже поговорить было не о чем!”
Его раздумья прервал тихий шум и еле слышные голоса. Иль Кан сжал рукоять меча, ощущая всем телом знакомое нетерпение перед началом сражения.
