Процессия подходила всё ближе и, наконец, впереди показались два всадника на чёрных, как ночь лошадях. В одной руке они держали факелы, освещая себе путь, а в другой сжимали поводья.
За ними двигались две телеги, запряжённые лошадьми, заполненные свёртками и сундуками, на которых сидели женщины и старики.
“Высший балл имперским псам за маскировку,” — усмехнулся Иль Кан и неспешно вышел на середину дороги, сжимая в руках меч
— Эй, кто ты? Живо свалил с пути! — закричал один из охранников, как только огонь его факела осветил тёмную зловещую фигуру, перегородившую им путь.
Генерал промолчал, а всадник натянул поводья так, что лошадь аж встала на дыбы, и пригрозил:
— Убирайся, а то затопчу!
Иль Кан, не теряя спокойствия, сделал шаг в сторону, а затем резко подпрыгнул вверх, и, оказавшись прямо перед лицом всадника, одним взмахом меча отправил его в Преисподнюю. Мужчина повалился на землю, а испуганная лошадь побежала по дороге, утащив за собой тело наездника, чья нога застряла в стремени.
Со стороны телег послышались взволнованные крики. Народ всполошился, второй всадник в ужасе свалился со своего коня и побежал в лес, но его настиг нож, отправленный в полёт меткой рукой генерала. Всадник закричал, повалившись на землю, и лишь беспомощно наблюдал, как незнакомец сеет смерть, убивая невинных людей одного за другим.
Глава 33
Кан осмотрелся, чтобы найти выживших. Всадник закрыл глаза и затаил дыхание, молясь Высшим Силам, чтобы его миновала расправа: на его счастье, нож лишь оцарапал кожу, с трудом пробив толстый меховой полушубок.
Услышав удаляющиеся шаги, он открыл глаза и, собрав все силы, пополз на четвереньках в сторону Кэррей.
Генерал, насытив кровью свою сущность, возвращался в крепость в хорошем расположении духа. Впервые в своей жизни он чувствовал ни с чем не сравнимое удовольствие, убивая их всех, одного за другим и проливая кровь на покрытую снегом дорогу, а мощный прилив сил дал ему надежду на исцеление. Демон завладел его мыслями, смакуя смерть каждой жертвы и умело усыпил его бдительность.
“Я горжусь тобой, Иль Кан. Скоро мы станем едины. Сегодня ты сам положил начало этому процессу.”
Уже светало, когда он зашёл на территорию крепости. Двор был пуст в столь ранний час, лишь Сарайя была уже на ногах.
— Лидер, что случилось? Ты ранен? — взволнованно спросила она, глядя на плащ, окроплённый кровью.
— Следопыт мертв. Всё прошло как нельзя лучше, — скривив губы в усмешке ответил Кан.
