Избранное (ЛП)

И снова раздался ужасный голос.

- Кэтрин Гордон! - взывала она. - Заклинаю тебя именем моего и твоего повелителя: восстань, где бы ты ни была. Восстань и явись!

Снова наступила тишина; затем я услышал, как Хью издал странный звук, полувсхлип-полувздох, и дрожащей рукой указал в сторону черного омута у противоположного берега. Я взглянул в указанном направлении и увидел...

Прямо под поверхностью воды, у скалы, показался слабый свет, искаженный движущимся потоком. Поначалу слабый и тусклый, с каждым мгновением, как мы могли видеть, он словно поднимался из мрачных глубин и становился все ярче и ярче, пока не стал размером, как мне показалось, с квадратный ярд.

Поверхность воды раздалась, показалась голова девушки с мертвенно-бледным лицом и распущенными волосами. Глаза ее были закрыты, уголки рта опущены, будто во сне, а движущийся поток образовал на ее шее нечто вроде жабо. Все выше и выше поднималась она над поверхностью воды, пока, наконец, не застыла, озаренная странным светом, погруженная по пояс.

Голова ее склонилась на грудь, руки были сложены вместе. Как казалось, она не просто поднималась из воды, она медленно двигалась против течения бурлящей реки и преодолела уже половину расстояния от скалы до берега.

Потом я услышал сдавленный мужской голос.

- Кэтрин! - пронеслось над водой. - Кэтрин! Во имя Господа!

Метнувшись с кручи, Сэнди в два прыжка достиг берега и бросился в бурлящий поток. На мгновение над водой показались его взметнувшиеся к небу руки, затем он исчез.

Почти одновременно с произнесением Святого имени ужасное виденье пропало, последовала ослепительная вспышка и оглушительный раскат грома, столь ужасный, что я невольно закрыл лицо руками. И сразу же, будто на небе открылись какие-то неведомые запоры, на нас обрушился ливень, не обычный дождь, а сплошной водяной поток, так что мы съежились. Нечего было и думать спасти Сэнди, любая попытка была обречена на неудачу; погрузиться в бушующую реку означало неминуемую гибель, но даже если бы нашелся пловец, способный противостоять водяной стихии, не было ни единого шанса отыскать его во мраке ночи. Кроме того, даже если бы оставалась хоть малейшая возможность спасти его, сомневаюсь, достаточно ли я владел своим телом и рассудком, чтобы заставить себя погрузиться туда, откуда совсем недавно появился призрак.

Мы лежали неподвижно, и внезапно ужасная мысль пронзила мой разум.