Избранное (ЛП)

Совсем рядом с нами, где-то там, во мраке, оставалась женщина, чей ужасный голос только что леденил мою кровь и вызвал холодный пот на моем лице. Я повернулся к Хью.

- Я не могу здесь оставаться, - сказал я. - Я должен бежать отсюда, бежать прочь как можно скорее. Где она?

- А вы разве не видели? - спросил он.

- Нет. А что произошло?

- Молния ударила в камень в нескольких дюймах от того места, где она стояла. Нам следует спуститься и посмотреть, что с ней.

Я последовал за ним вниз по склону, дрожа, будто в лихорадке, и ощупывая руками землю перед собой, почти до безумия страшась ощутить человеческое тело.

Грозовые тучи за прошедшие несколько минут скрыли луну, так что ни единый луч ее не проникал сквозь щель в скале и не облегчил нам поиски. Но сколько ни искали мы вверх и вниз по берегу от камня, который, разбитый трещиной, лежал на берегу заводи, сколько ни ощупывали землю, но так ничего и не нашли. Наконец, мы пришли к выводу: вне всякого сомнения, старуха скатилась вниз после удара молнии и теперь тело ее лежит где-то в глубокой заводи, из которой она только что вызывала мертвую.

Никто не рыбачил в заводи на следующий день; из Броры пришли люди с сетями. Прямо под скалой, из омута, они извлекли два лежавших рядом тела, Сэнди и девушки. Больше они никого не нашли.

По всей видимости, Кэтрин Гордон, получив письмо Сэнди, навсегда покинула Инвернесс, будучи в интересном положении. О том, что произошло после, можно только догадываться; но вполне возможно, что она направилась в Гэвон коротким путем через речной перекат выше заводи пиктов.

Но поскользнулась ли она случайно, став жертвой быстрого потока, или же, не ожидая от будущего ничего хорошего, сама бросилась в омут, мы можем только догадываться. В любом случае ныне они оба спят на мрачном, открытом всем ветрам кладбище Броры, как то назначила им неисповедимая воля Провидения.

Последние десять дней Альфубель наслаждался солнечной погодой середины зимы, соответствовавшей его расположению на высоте около 6000 футов.

От восхода до заката, солнце (к удивлению тех, кто привык представлять себе дневное светило в виде бледного круга, невнятно различимого в мутном воздухе Англии) проделывало свой путь по ярко-голубому небу, а каждую спокойную, безветренную, морозную ночь небосвод украшала сверкающая алмазами звездная россыпь.