Избранные Луной (СИ)

Он ведь тоже полностью обнажен и без стеснения демонстрирует себя во всей своей первобытной красоте, напоминая греческого атлета, идеального представителя мужского рода. Когда дохожу до вздыбленной плоти с прорисованными венами, то прекращаю поиски и замираю.

Мне вдруг становится недостаточно того, что было между нами в душе. И я знаю, что моему альфе тоже мало — чувствую его эмоции. Впитываю их в себя. Он определенно желает большего. Но вместо продолжения лишь глухо шепчет:

— Отдыхай. — и тянется к упавшему на пол одеялу.

Сглатываю разочарование и прижимаюсь ближе к мужчине.

— Оуэн. — целую в скулу и как ребенок, просящий добавки сладкого мороженного, говорю, — Я хочу еще…

— Ты устала. Тебе следует отдыхать. — не знаю, убеждает ли он себя или меня, но Алекс точно была права, я стала максимально озабоченной личностью, так как моя рука сама опускается к твердой плоти и вроде как случайно накрывает каменный член. Мужчина тяжело выдыхает, — Дженнифер.

Он произносит мое имя настолько сексуально и желанно, что огонь тут же охватывает все сферы и мыли.

— У меня нигде не болит. Совсем. Честно. Ни одного неприятного ощущения.

Впивается в мои глаза пытливым взглядом, ведет внутреннюю борьбу и, к моей радости, проигрывает, оставляя скучное «отдыхай» в стороне.

Накрывает мою ладонь своей. Прикрыв глаза, позволяет водить по всей длине вверх и вниз. Меня переполняют ощущения. Радость, предвкушение, ликование. То замедляю темп, то убыстряю, наблюдая за реакцией альфы. Наслаждаюсь собственным триумфом, как он наклоняет мою голову к себе, и я теряюсь в жарком поцелуе.

Рывок и Оуэн подминает меня под себя, вновь обрушивается на губы и мгновенно подавляет напором. Разом берет инициативу в свои руки. Подчиняет, клеймит и объявляет свои права. В его глазах пылает пламя, и я с готовностью сгораю вместе с ним. Он начинает сладко терзать своими ласками, доводит до безумия, кружит на грани. Чувствую, как горячая плоть упирается в мокрые складочки. Толчок и он проникает в меня, полностью наполняет собой.

— Какая же ты узкая, моя девочка, — выдыхает мне глухо в губы Оуэн.

Ласкает грудь, играет с твердыми вершинами, рассыпает по телу импульсы удовольствия. А в следующую секунду закидывает мои ноги к себе на плечи и ускоряет толчки. Глубокие и подобные полному безумию, опутывающему нас.

Глаза в глаза. Мы разделяем этот миг бешенной страсти. Есть только он и я.