Изгнанник Ардена

Считай, что так я возвращаю долг за помощь в поиске Бернарда.

Тристан упорно не смотрел в ее сторону, и Адалине хотелось перегнуться через стол и хорошенько встряхнуть его.

– Трис, какой срок действия у твоего снадобья? – вмешалась Кристин в разгорающийся спор.

– Десять дней, – сквозь стиснутые зубы ответил он. – Потом оно станет бесполезным.

– Тогда прекращай строить из себя ревнивца. Если все пройдет по плану, Адалине ничего не будет угрожать.

– Я не ревную, – спокойно возразил он. – Адалина никогда не участвовала в миссиях гильдии.

– А кто добыл тебе информацию о местонахождении короля Алана, когда тот был в плену у Стефана? – перебила его Адалина, полыхая от злости и обиды. – Кто принес тебе на блюдечке чертежи дома, в котором его держали, с точным количеством комнат, входов и выходов, стражи и слуг? Кто предупредил твоего брата, что в день Великого Совета Стефан пошлет в тот дом дополнительную стражу, и тем самым спас тебе жизнь? Кто у границы Запада и Ардена ранил разбойника, который хотел тебя убить? Этого разве недостаточно, чтобы стать хваленым членом твоей гильдии и повилять бедрами перед похотливым мужиком?

Адалина чуть ли не скрежетала зубами от праведного гнева.

Кристин смотрела на нее новым взглядом, в котором читались и удивление, и уважение. Видимо, она не знала этого и принимала Адалину лишь за избалованную девицу.

– Ладно. Твое право, маленькая Адалина. Но в случае беды пеняй на себя. Честь «Черной розы» непогрешима, и верные члены гильдии без страха отдают за нее жизнь.

Тристан вышел из комнаты, так и не взглянув на нее, и девушки остались наедине.

– Не обращай на него внимания, – сказала Кристин. – Он боится за тебя, вот и бесится.

Адалина недоверчиво фыркнула.

– Скорее, пустыня в Миреасе покроется снегом, чем Тристан Вейланд проявит обо мне беспокойство. – Она отогнала воспоминания о том, как он прижимал ее к себе и шептал молитвы, когда она истекала кровью после ранения.

– Два упрямых глупца, – пробубнила себе под нос Кристин.

У Адалины не осталось сил на споры с ней.

Глава 27

В этот момент Тристан ненавидел и самого себя, и Адалину. Ее – за то, что вызвалась участвовать в опасной авантюре. Себя – за то, что не отговорил ее. Он прекрасно понимал, что не успеет найти более подходящую кандидатуру в столь короткие сроки, но от одной мысли, что эта упрямая ослица снова подвергнет себя опасности из-за него, внутри все неприятно сжималось.