Изгнанник Ардена

По его словам, белый цвет в Миреасе и Иверасе носили преимущественно мужчины, и в этих краях он считался признаком достатка. – На самом деле несколько веков назад Миреас и Иверас были единым государством, размером не больше Ардена. Но однажды случилось то, что неизменно происходит с каждым королевством раз в несколько поколений.

– Что?

– У короля родилось четверо сыновей, и они развязали войну за престол, – невесело хмыкнул Тристан. – Два младших брата объединились и свергли старших, а Миреас поделили на части. Третий сын остался править в Миреасе, а самый младший назвал новое королевство Иверас, что в переводе с миреасского наречия значит «справедливая плата».

Один брат заплатил другому клочком земли за то, что помог ему в борьбе за корону. – Тристан дернул уголком рта. – Что иронично, с братьями Вейланд случилось то же самое. Арон заплатил свою цену Рэндаллу за помощь в играх королей, вернув Ардену свободу. А я, вместо того чтобы запросить плату, добровольно отказался от титула принца, инсценировав собственную смерть.

– А ты бы хотел стать королем? – спросила Адалина, заранее зная ответ.

– Упаси Единый. – Тристан брезгливо поморщился, будто ему предложили съесть таракана. – Корона – та же удавка, только из золота. Благо, у меня много старших братьев, и я желаю им здоровья и долгих лет жизни, а еще побольше сыновей, чтобы очередь в престолонаследии никогда до меня не дошла.

– И не забудь воздать Единому за то, что братья не стремятся убить тебя, чтобы избавиться от соперников. – Адалина поджала губы, вспомнив про Артура, и уже тише добавила: – По крайней мере, не все.

Стефан подстроил смерть обеих сестер, лишь бы никто не помешал ему занять трон. Узнай он, что я дочь Танната, убил бы и меня.

– А ты не думаешь, что он знает?

– Если бы знал, точно убил бы. Даже будучи незаконнорожденной, я представляю для него угрозу. У Танната нет братьев, только сестры, а значит, я вторая в линии престолонаследия. Хотя мои дражайшие тетки вряд ли бы поддержали мою кандидатуру и в случае внезапной кончины Стефана заявили бы права на корону.

– Ты бы хотела править?

Тристан пинал по дороге камушек носком сапога из тончайшей телячьей кожи, и, когда тот отскакивал в сторону Адалины, она пинала его обратно.

– Не знаю. – Она пожала плечами. – Я в этом мало смыслю. Однако есть одна причина, почему я не могу дать категоричный ответ.

– И какая же?

Адалина злорадно улыбнулась.

– Я бы хотела увидеть физиономию Стефана, когда тот не получит то, чего жаждал всю жизнь.