Изгнанник Ардена

Он закинул ноги на кровать и прислонился затылком к изголовью. От этого движения ворот его рубашки разъехался, и Адалина увидела знакомый медальон, который долгое время носила при себе. Ей стало до жути любопытно, кому же он принадлежал, раз Тристан назвал его своей самой дорогой вещью, но задать вопрос не успела.

Дверь распахнулась, и в комнату вошла Аврора под руку с супругом, Рэндаллом Вейландом. Точнее, уже Корвином, поскольку коронация уже состоялась. До Изумрудного дворца доходили слухи, что он собирался поменять фамилию.

– Как ты? – спросила Аврора с искренней заботой.

– Уже лучше, спасибо.

– Леди Адалина, рад видеть вас в здравии. – Рэндалл кивнул в знак приветствия.

При виде него Адалина резко натянула одеяло повыше, пытаясь скрыть сорочку. Тристана она не стеснялась, потому что он видел ее в самом неприглядном свете. Она даже помнила, как у ущелья он снимал с нее тунику, пропитавшуюся кровью. Но перед Рэндаллом почему-то робела. Наверно, все дело было в его пугающе светлых глазах.

– Спасибо, Ваше Величество.

Рэндалл улыбнулся, и на его левой щеке появилась милая ямочка, смягчившая холодный взгляд.

Аврора подошла к Тристану и потрепала его по влажным волосам.

– Ты обещал бабушке Гретте спуститься на ужин, а сам проторчал тут. В отместку она запретила Клариссе давать тебе вино.

Тристан коротко усмехнулся. Он смотрел на Аврору с неприкрытой нежностью, даже не смущаясь того, что рядом стоит ее муж – и его брат. Какие же отношения связывали его с будущей королевой Ардена? Дружба или нечто большее?

– Закария ждет, когда ты соизволишь покинуть эту комнату и поговорить с ним.

– Закария никуда не денется, пока вы не отбудете в Аэран. Кстати, когда вы уезжаете?

– Завтра.

– Вот завтра и поговорю.

Тут в комнату вошла темно-русая хрупкая девушка, держа поднос в руках. В воздухе сразу разлился аромат свежеиспеченного хлеба и куриного бульона.

Тристан резко переменился в лице.

– Матушка велела принести ужин и для вас. – Девушка взглянула на Тристана и поставила на прикроватную тумбочку поднос с двумя чашками, до краев наполненными наваристым бульоном, и тарелку с хлебом и сыром.

– Спасибо, Энни, – хмуро поблагодарил ее Тристан и быстро отвел взгляд.

Энни никак не отреагировала на его странное поведение и повернулась к Адалине.